о тело. Танин взгляд начал туманиться и она прикрыла глаза, робко, неуверенно отвечать тазом на движения любовника, а после склонила голову, сосредоточившись на своих ощущениях.
Продлилось это не долго, минут пять, и у жены начали подламываться колени – явный признак того, что она кончила. Но партнёр ещё не насытился, и потому, подхватив в животе, не давая Тане упасть, продолжал. Она начала выть грудным голосом и вскоре её колени вновь подломились. Дима замер, давая ей отдохнуть, а после ещё минут десять таранил, придерживая обмякшее тело любовницы, пока с рыком не излился в неё.
Таня совсем не могла стоять на ногах, и он подхватил её на руки, вынося на берег. Уложил жену возле меня. Таня приоткрыв глаза, не выдержала моего взгляда и отвернула краснющее лицо в сторону. Дима молча взял свою одёжку и ушёл. А что тут говорить! И так всё понятно!
Полежав и отдохнув, Таня села, обняв колени и плечом толкунула меня, стараясь развеять неловкость.
— Саш, ну ты что, обиделся? Сам говорил, что не станешь мешать, я и решила проверить. Ему надо было. Знаешь, как у него встаёт, когда со мной танцует! А это очень мешает и ему и мне, вот и пришлось его успокоить!
— Понравилось с ним? – глядя в морскую даль, спросил я.
Помедлив, Таня честно призналась:
— Понравилось, очень.
— Мне – тоже, классно смотрелись, лучше, чем в любой порнухе! И что дальше, каждое утро теперь будешь ему помогать, успокаивая перед танцами? – старательно скрывая раздражение, спросил я с долей издёвки.
— Ну, Саш, не будь таким букой! Ревнуешь?
— Ревную, конечно. У него вон какой!
Жена засмеялась:
— Дурашка! Да куда я от тебя денусь! Просто, захотелось немного пошалить, сделать себе приятное! Но если ты запрещаешь, я больше не буду!
— Не запрещаю, просто боюсь, что увлечёшься им и голову потеряешь.
— Глупый, это же приятное для тела, и только, а тебя я - люблю! Ну, что скажешь?
— Ладно, пошли, искупаемся.
Мы пошли купаться. Разговор остался незавершённым.
Вечером они снова танцевали, а утром вновь мы встретились с Димой. Он поздоровался со мной и пошептался с Таней.
— Саш, я пойду, прогуляюсь с Димой по пляжу?
— Валяй! – а что я мог ответить, если у неё чешется!
Они отошли метров на пятьдесят, шагая вобнимку, и затем скрылись за валуном. Что делать, я не знал. Злит меня это, но ведь сам позволил, прекрасно понимая что. Если бы это у них затянулось дольше, я всё же не выдержал бы и отправился разгонять увлёкшихся сладеньким, но, всего через двдцать минут они вновь появились в поле зрения и направились в море.
Жена вернулась такой, будто ничего особенного не произошло.
Женщины – существа проницательные, и Таня уловила мой настрой, наверняка, и, удивила меня: в последующие дни, при утреннем купании, у неё с Димой больше ничего не было. Жена мягко осаживала все его новые попытки, и Дима по этому поводу здорово досадовал, не понимая того, что изменилось, почему. Мы просто купались вместе. Таня позволяла ему себя ласкать, но, не больше того. В конце концов не выдержал я сам, и спросил:
— Тань, Дима, что, тебя больше не привлекает?
— Дурашка! Я боюсь привыкнуть к нему, и тогда ты станешь для меня не таким желанным. Я же понимаю: он – явление временное, так зачем мне так рисковать любовью к мужу? Ты доволен? – будто промурлыкала жена, и мне стало более комфортно на душе.
Днём, когда мы ходили по рынку, покупая фрукты, в магазины или кафе, на неё поглядывали, узнавая, и парни часто бросали взгляды, полные влюблённости
попадалово