или желания. Таня кокетливо улыбаясь, делала вид, будто не замечает их, но, на самом деле ей это было приятно. Эти ощупывающие взгляды мужчин её волновали и тайно возбуждали. Иногда настолько, что она незаметно расстёгивала пуговку–другую на халатике, позволяя особо страждущим «случайно» заглянуть, и увидеть её грудь или лобок между чуть разошедшимися полами.
Позади была уже неделя танцев и половина нашего отпуска. Каких-либо изменений в наших любовных играх я не замечал. Правда, по настойчивой просьбе жены я теперь делал ей куни. Она мой член тоже, осыпала ласками, обволакивая ротиком. Прежде такого энтузиазма я у неё не наблюдал, и под давлением она призналась мне в том что перед выступлением она таким образом снимает партнёру напряжение, а он – ей. Это было более приемлемым, чем откровенный секс на пляже, и я, вздохнув, смирился. Привыкнув к шальным деньгам, жена была не прочь продолжать дрыгать ногами хоть до окончания отпуска, но, хорошо долго не бывает.
4
После пятничного выступления к Диме подошёл незнакомец и что-то сказал, приблизившись к его уху. Дима мгновенно посерьёзнел. На его лице начал читаться если не испуг, то серьёзная озабоченность. Он подошёл ко мне.
— Нас, с Таней зовут в кабинет директора, поговорить про выступление.
Самого директора из кабинета попросили, и он с немного напуганным лицом, встал, как и я, в коридоре у открытого окна и закурил, терпеливо ожидая окончания разговора.
— Извините, а кто это приехал?
Директор изумлённо посмотрел на меня, потом вспомнил, видимо, что мы из числа отпускников, и вздохнул:
— Тот, от кого всегда лучше держаться подальше. Местный авторитет.
— И что ему надо?
Директор посмотрел на меня каким-то сочувственным взглядом, снова вздохнул.
— Слухи до него дошли про выступление ребят. Думаю, хочет, чтобы у него на фазенде тоже, станцевали. Любитель созерцания красивых женщин.
Директор осёкся, испугавшись того, что распустил язык, а это может быть опасным, и замолчал.
Разговор в кабинете длился не долго. Вышли Дима с Таней. Оба с озабоченными лицами подошли ко мне.
— Сань, тут такое дело – начал Дима. До одного местного туза, который отдыхает сейчас неподалёку, дошли слухи о двух классных танцорах, и он изъявил желание посмотреть наши танцы у него в резиденции.
— И что?
— Понимаешь, тебя туда охрана не пропустит.
— И когда он хочет посмотреть?
— Прямо сейчас надо ехать. Машина ждёт.
Я интуитивно почувствовал опасность и надвигающиеся проблемы, разрешить которые было мне не по силам, и тяжко вздохнул.
— Милый, не переживай! Всё будет нормально! Оттанцуем, там пару ночей переночуем и в воскресенье вернёмся! Он хочет нас на видео снять, поэтому придётся денёк порепетировать.
Таня меня обняла и поцеловала, чтобы успокоить.
— Понимаешь, предложение было таким, что отказаться – невозможно, мы и согласились, чтобы проблем избежать. Он нам сразу конверты с гонорарами отдал. Держи.
Жена передала мне тощий конверт, и танцоры вышли к ожидавшей их чёрной волге без номера, но с занавесками на окнах.
Уже вернувшись на квартиру, я открыл конверт и по спине пробежал холодок от догадки. В нём была купюра в пятьсот рублей. За танец таких денег - не платят. Платят, но вовсе не за танец. Мгновенно вспомнились червонцы жены за якобы репетиторство. Пол ночи я не спал, но сон сморил.
Проспал не долго. На душе было муторно. Весь день прослонялся на пляже, а когда вернулся, и, поужинав, вышел на улицу и закурил, увидел возле дома ту же «Волгу». Не думал, что так скоро приедет! На душе потеплело.
Собираясь на речку