Я посмотрел на нее, наблюдая, как она не желает встречаться со мной взглядом.
— В чем дело, девочка? Ты не хочешь, чтобы я прикасался к тебе? Ты хочешь принять душ, прежде чем мы займемся любовью? Это почти, как если бы ты что-то скрывала. Ты хочешь мне что-то сказать?
Она действительно побледнела, что немаловажно для такой смуглой особы, прежде чем стать ярко-красной.
— Ты засранец! Это то, что ты думаешь? Хрен тебе. Нет, подожди, отвяжусь от тебя. Если ты думаешь, что сейчас что-то получишь, то ты бредишь.
Она протопала в ванную и заперла дверь. Я ушел, чтобы забрать Джоша.
Бабушка сразу поняла, что что-то не так.
— С тобой все в порядке, Бобби? Ты нехорошо выглядишь.
Я крепко обнял ее, не выпуская из рук. Ее глаза были большими, когда я отпустил ее. Мы почти не прикасались друг к другу.
— Ты же знаешь, что мы с Джошем всегда будем любить тебя, верно? Несмотря ни на что.
Слезы навернулись у нее на глаза.
— Что она сделала, Бобби? Это можно починить?
Я позволил своим собственным слезам пролиться.
— Нет, бабуля, я не думаю, что это возможно.
Я подобрал Джоша и отвез его в "Макдональдс" на "Хэппи мил". Я ловил на себе обычные взгляды, игнорируя их.
Один деревенщина немного разговорился, но один взгляд на меня заставил его замолчать. Я был заряжен и готов, а люди могли это почувствовать. Я делал упражнения на глубокое дыхание, чтобы успокоиться и сосредоточиться.
Мы пошли домой, и он показал своей маме игрушку, которую получил во время еды, болтая без умолку, как любой счастливый четырехлетний ребенок. Наблюдая за ним, я задавался вопросом, насколько счастливым он будет через несколько недель.
Шондра обошла меня так, словно пол был усыпан яичной скорлупой. Я практически игнорировал ее, пока она не задавала прямой вопрос. Она сидела на диване с несчастным видом, пока я готовил Джоша ко сну. Он поцеловал ее на ночь, и она крепко обняла его, отпустив только тогда, когда он начал извиваться.
Я вернулся после того, как прочитал ему рассказ. Она переоделась в прозрачное платье, одно из моих любимых. Она улыбнулась, все еще выглядя взволнованной.
— Бобби, милый, я сожалею о сегодняшнем дне. У меня просто было плохое настроение, потому что я не могу найти другую работу. Не хочешь пойти со мной в спальню? Позволь мне загладить свою вину.
Я знаю, что шокировал ее до чертиков, когда отказался. Наверное, это был первый раз в нашей жизни, когда я не хотел заниматься с ней любовью.
— Мне действительно сегодня что-то не хочется. Я все еще думаю, что ты что-то скрываешь от меня. Ты уже не та женщина, какой была год назад. Если что-то не так, сейчас самое время сказать мне. Что бы это ни было, мы сможем справиться с этим.
У нас не было ни малейшего шанса остаться вместе. Я просто хотел посмотреть, признается ли она во всем.
Она побледнела, потом покраснела.
— Ты засранец! Единственное, что во мне не так, так это то, что я замужем за идиотом. Я не знаю, что ты себе вообразил, но здесь нет ничего плохого. Ничего не происходит. Мне просто нужно немного пространства.
Я смотрел на нее до тех пор, пока она не опустила глаза.
— Действительно? Посмотри мне в глаза. Поклянись жизнями Гейл, Джоша и бабушки, что между нами все хорошо, и я забуду о своих сомнениях. Поклянись в этом, Шондра.
Она встала, не глядя на меня.
— Пошел ты со своим чересчур активным воображением. Я иду спать, одна. Даже не думай приходить. Надеюсь, тебе понравится диван.
Красивый охранник