Вначале, я признаю, у меня были значительные моральные и этические сомнения по поводу того, что мы делали. У нормальных супружеских пар просто не было ни одного партнера в качестве секс-рабыни!
Каждый раз, когда я подвергал Конни бондажу, я задавался вопросом, действительно ли я поступаю правильно. Тем более, когда она была в моей власти, когда я порол ее и трахал.
Правильно ли я поступал в нашем браке? Что это была за сексуальная жизнь?
—Хозяин? — спросила Конни, нарушая ход моих мыслей.
—За этот проступок, — твердо сказал я, — Тебе заткнут рот во время наказания!
Из множества игрушек, висевших на стене, я извлек резиновый кляп в форме пениса с отверстием для воздуха, чтобы Конни могла дышать. Я вставил кляп ей в рот, затем застегнул его сзади на шее. Губы Конни жадно обхватили кляп в форме фаллоса, когда я вставил его ей в рот, и теперь дар речи был отнят и у нее.
—Ммммп!
—Ну вот, — сказал я, —Так гораздо лучше! У тебя мокро между ног, шлюха?
Я просунул два пальца правой руки ей между ног, заставив Конни застонать в ответ. Я засунул свои пальцы внутрь ее мокрого влагалища.
—Ты такая раболепная шлюха, — увещевал я ее, —Которая заслуживает порки!
После того, как я вытер пальцы салфеткой, я вложил полдоллара в пальцы правой руки Конни. Это было нашим «стоп-словом», когда мы разыгрывали сцену с кляпом во рту. Чтобы обозначить, что она достигла своего предела, ей надо было бросить монеты на выложенный плиткой пол.
—Я думаю, на сегодня хватит порки, моя дорогая!
Я снял плетку с крючка на стене и пропустил ее многочисленные концы сквозь пальцы. Тяжелая кожа, несомненно, повредит при ударе, а также оставит след от Конни.
Я знал, что это был именно тот результат, которого хотела Конни. Она хотела быть голой и прикованной цепью между двумя колоннами в нашей игровой комнате. Она хотела, чтобы ее пороли и высекали кнутом – и к тому же регулярно. Наконец, она хотела, чтобы я использовал все ее «дырочки», как она выразилась. Чем больше я использовал ее, тем больше ей это нравилось.
—Приготовься, рабыня!
Удар! Удар! Удар!
Конни напрягалась и взвизгивала каждый раз, когда плетка ударяла по ее обнаженному телу. Вначале я всегда использовал легкие поглаживания, чтобы разогреть ее – и себя тоже!
Удар! Удар! Удар!
Я наблюдал, как маленькие капельки пота стекали между ее грудей, с выбритых подмышек и между ног.
Удар! Удар! Удар!
В какой-то момент Конни предложила сбрить свой чудесный кустик, чтобы она полностью обнажилась между ног, чтобы показать глубину своего подчинения мне. Я отказался, фактически приказал ей не делать этого. Ее пышный кустик, покрывающий ее киску, был одной из самых прелестных черт в ней, поэтому я приказал ей сохранить его.
Удар! Удар! Удар!
—Ммммммф! — закричала Конни сквозь свой резиновый кляп.
Кляп, как я быстро понял, был поистине замечательным приспособлением, потому что он снимал все табу, которыми могла обладать рабыня – не то чтобы я верил, что у Конни вообще были какие-то табу! В конце концов, именно Конни сделала меня своим Хозяином, а не просто мужем!
Удар! Удар! Удар!
—Мммммп!
—Рабыня, было достаточно?
—Ммммммф!
По прошлому опыту я знал, что Конни буквально простоит здесь всю ночь и позволит мне пороть ее до тех пор, пока все ее тело не загорится, а потом будет умолять меня трахнуть ее на полу.
Я продолжал пороть ее серией из трех ударов каждый раз, следя за тем, чтобы никогда не ударить по одной и той же части ее тела дважды подряд. Я медленно кружил вокруг нее, каждый раз отмечая другую часть ее
Вальриса. Пробуждение (часть 2)