его замолчать, и несколько раз мотнул головой в сторону двора, показывая, что мы не одни. Я записал несколько порнофильмов на DVD и отдал их Такеру пару недель ранее. Теперь он возвращал его. Я не думал, что маме нужно было слушать его подробный обзор видео. Такер понял намек и заткнулся.
— Мама здесь, - прошептал я ему.
Такер начал заглядывать мне через плечо.
— О, - сказал он, переключая передачу. - Почему ты сразу не сказал? Могу я, э-э, поздороваться?
— Конечно, - сказал я и провел его через ворота, но как только я это сделал, то задался вопросом, не совершил ли я ошибку.
Из всех моих друзей Такер был единственным, кому всегда доставляло наибольшее удовольствие пялиться на мою маму. Когда я был моложе, я этого терпеть не мог. Это было не то, с чем мне приходилось сталкиваться с тех пор, как изменились мои собственные чувства к маме. Я все еще боролся с тем, что я чувствовал по отношению к маме, и что именно я хотел сделать с этими чувствами, и присутствие Такера могло только помешать любым планам, которые у меня были с мамой. Он уже помешал свиданию моих рук с маминым горячим, задорным задом.
Но я пригласил его пройти, и теперь я не мог не представить своего лучшего друга. Такер последовал за мной по дорожке к бассейну. Я увидел впереди маму и обернулся, чтобы увидеть выражение лица Такера, когда он тоже увидел ее.
Такер перестал двигаться. Его ноги намертво приросли к бетонной дорожке. Его рот был открыт. Такер и раньше видел мою маму в откровенных спортивных костюмах и даже в паре бикини. Но он никогда не видел ее в таком бикини, как это.
Я не был уверен, что его сердце выдержит это. Это всего лишь небольшое преувеличение. У Такера было стойкое отвращение к физическим упражнениям, и он был не в лучшей форме. Он носил на поясе от 10 до 15 ненужных килограмм. Ему потребовалось несколько секунд, чтобы прийти в себя, и он последовал за мной во внутренний дворик у бассейна. Мама увидела нас и посмотрела на него сквозь свои темные солнцезащитные очки, которые она сняла, когда мы приблизились.
— Ну, привет, Такер, - сказала она.
— Здравствуйте, миссис Кроули, - сказал Такер, его голос дрожал от нервного нетерпения.
— Теперь я буду носить свою девичью фамилию, Такер. Это Лунд. Но знаешь, ты теперь взрослый, так что можешь называть меня Инга, если хочешь.
— О, я этого не знал. Извините, мисс Лунд. Инга. Хммм. Я пока не уверен насчет первого имени. Я буду придерживаться мисс. Лунд, если это нормально, то это по-норвежски, верно?
— Да, так оно и есть, - сказала она с карикатурным акцентом и одарила его широкой улыбкой. Она сняла очки, и я предположил, что ее зеленые глаза на секунду или две отвлекли его от созерцания ее обнаженного тела. Но, вероятно, не дольше этого. Я знал, какой эффект произвело на него то, что он увидел мою маму одетой - или, по правде говоря, раздетую - подобным образом. В прошлом это бы меня обеспокоило. Но не сейчас. Я проводил все свое время, думая о том, какой сексуальной была моя мама, и теперь меня заводило представлять, что Такер тоже думает о ней таким образом.
Мне не нужно было это представлять. Его язык практически вываливался изо рта.
Такер был ботаником. Он был на пару дюймов ниже меня ростом. Он был физически ленив, и у него уже начинался большой живот. У него были вьющиеся волосы, и он носил
В натуре!