у него есть то, что я думаю, то я сделал что-то глупое, но точно не противозаконное.
— Что? — спросила Оливия, приготовившись к худшему.
— Не более чем нескромная служебная переписка о новом клиенте, который настолько глуп, что мы с Томом не можем понять, как он заработал свои миллионы. Это единственное, что я могу придумать.
— И это все? — Облегчение Оливии было очевидно в каждой линии ее тела.
— Достаточно, чтобы меня уволили.
— О.
— Очень хорошо, Стивен, — сказал мужчина. — Отличные дедуктивные способности. Я понимаю, почему они платят тебе большие деньги. Жаль, что им придется тебя уволить.
Стивен резко втиснул машину в поток, вызвав громкий протестующий гудок "Тойоты", которую он подрезал. Стивен показал водителю палец. Их похититель только рассмеялся.
Стивен молниеносно перестраивался из одной полосы в другую и ускорялся, чтобы успеть пересечь перекресток до того, как светофор сменит желтый на красный.
— Боже, Боже, Боже, как мы торопимся.
— Поскорее бы все закончилось.
Все замолчали. Атмосфера в машине была напряженной: Стивен и Оливия погрузились в размышления, а мужчина наблюдал. Оценивал.
Оливия смотрела в боковое окно. Мужчина планомерно уничтожал их. Почему? Она не могла понять. Работал ли он на клиента, о котором Стивен пренебрежительно отозвался в разговоре с коллегой? Если да, то месть была весьма жестокой. В конце концов, разве имеет значение причина? К концу дня у них не будет денег, работа Стивена окажется под угрозой, и велика вероятность, что ее арестуют. А тут еще их дочери. Что этот человек сделал с ними и миссис Фостер? Оливия молилась за своих девочек. Она не могла смириться с мыслью, что они могут пострадать. Все остальное, что произошло, можно было пережить, но потерю Хейли и Ханны - нет.
Стивен держался на волоске. Он просто хотел, чтобы все это закончилось. Он просто хотел быть дома со своими девочками. А с остальными последствиями этого дня, можно было справиться.
Переезд по мосту Харбор-Бридж был, как обычно, кошмарным. Как только они оказались на Северном побережье, Стивен повел машину как человек, хорошо знакомый с этим районом. Он припарковался за углом офисного здания, принадлежащего клиенту, и повернулся лицом к их похитителю.
— Кто займется доставкой?
— Наверное, тоже ты, — проворчал мужчина, наслаждаясь их дискомфортом. — Ты знаешь порядок действий. Фотография передачи документа. Никаких забавных игр. Бла-бла-бла.
Пока он говорил, он протянул телефон и конверт. Этот был не такой толстый, как тот, что был доставлен в ASIC.
— Развлекайся, — поддразнил мужчина, смеясь над своей шуткой.
Оливия сердито посмотрела на него.
Они оба наблюдали за тем, как Стивен направляется к углу, с видом человека выполняющего задание, которым он, в сущности, и являлся.
— Почему вы так жестоки? Если дело во мне, зачем наказывать Стивена? Зачем забирать наших девочек?
— Все откроется, миссис.
— Опять эти чертовы тайны и загадки.
Мужчина рассмеялся.
— Вам нужно научиться привносить немного веселья в свой рабочий день.
— Веселья? — вскрикнула Оливия. — Вы называете это весельем?
— Успокойся, маленькая леди. Ты не должна меня расстраивать. Не тогда, когда у меня есть твои драгоценные дочери.
Оливия тут же затихла. Это противоречило ее инстинктам. Обычно на переговорах она била прямо в яремную вену. Ей нравилось ставить противника в затруднительное положение. Сегодня же она чувствовала себя не в своей тарелке. Ей было неприятно чувствовать себя такой беспомощной, такой неэффективной. Это было похоже на неудачу, а неудачи не было в ее лексиконе.
Оливия смотрела на улицу, с нетерпением ожидая появления мужа. Когда он, наконец, вышел из-за угла, сердце ее упало. Он выглядел, как побитый человек. Она знала, что и он, должно быть, чувствует
спасибо жене за это.