— Хорошо, я поеду к Пашке, а то с братом давно не виделся, а вернусь часам к десяти вечера.
— Саш, прости, что так вышло!
— Не переживай! Всё – нормально, я же сам эту кашу заварил!
Пашка мне обрадовался, и всё было прекрасно, только кошки на душе всё же скребли, и когти у них были довольно мощными.
Около шести вечера позвонила жена и Пашка передал мне трубку. Таня испытывала явную неловкость, но всё же попросила остаться ночевать у брата, а домой вернуться завтра вечером.
Совершенно офонарев от нахальства Алекса, я всё же согласился: пусть уж жена гульнёт! Другого такого случая я ей точно, не дам!
Кое-как наплёл Пашке про жену и подружек, что у одной – девичник, и брата моя версия вполне удовлетворила и, даже, порадовала тем, что можно открыть и вторую бутылку коньяка. Тут надо пояснить: любит братан выпить, но, страдает редким психическим отклонением – не может он пить в одиночку! Не лезет, и всё тут!
Вернулся домой я, как и обещал жене, вечером следующего дня, уже ближе к полуночи. Она лежала на скомканных и завазганых спермой простынях. Приоткрыв глаза, она устало и грустно улыбнулась мне:
— Милый, прости, я не знала, что так получится.
Жена была почти без сил, и мне пришлось помогать ей подняться и придерживать, пока она, на подламывающихся в коленях ногах, качаясь от слабости, мелкими шажками шла в сторону туалета. То, как Алекс затрахалмою жену меня шокировало и разозлило, но я не стал орать и вымещать свою злость на жене. Не стал и с расспросами к ней приставать, ей и так тяжело. Проводив жену в ванну, помог ей сесть, и сам принялся мыть и подмывать её огромную от натруженности, малиновую дыру между ног. Она смущённо отводила взгляд, понимая, что должна как-то пояснить такое своё состояние.
— Я даже не знаю, как это получилось! Правда! Утром попросил повторить, сказал, что придёт днём в школу. Предлог придумал. Пока вела его домой, меня саму так разобрало! И, стыдно, и хочется, да так, что еле дотерпела до дома! Ну, мы этим занимались. После ты пришёл, как раз, когда отдыхали. Потом мы с ним снова, я отключилась. Потом снова, и так хотелось и хотелось! Как обезумела, а он сказал, что устал и предложил позвонить своему другу, чтобы тот помог. Я не могла терпеть – так хотелось! Ну, согласилась. Друг мигом приехал, и не один, а ещё с одним. Три негра! Но я была в таком состоянии, что мне было всё равно, трое или десять, лишь бы трахали. Поняла, что это растянется на долго, и позвонила тебе, а когда повернула голову, то увидела, что рядом стоят два негра и смотрят на меня голодными глазами и с членами поигрывают, а Алекс стоит рядом и снимает камерой. И я легла с ними. Сначала с одним, затем – со вторым, и я непроизвольно такие острые ощущения начала получать, что все мысли вылетели из головы! Вообще перестала что-либо понимать. Когда почувствовала второго, более толстого, как бутылка пепсиколы, но более короткого, по ощущению, чем у Алекса, открыла глаза, увидела, как Алекс снова снимал и улыбался. Я силилась что-то понять, но меня снова накрыло, и я уже не могла думать. Они менялись между собой. Когда я совсем провалилась, как в обморок, не знаю, сколько времени прошло. А когда проснулась, мне было так хорошо! Они сидели рядом и говорили на своём, а заметив, что я пришла в себя,
Жертвоприношение