«Ну, заходи. Сходи к своей сестре», — приказала она, подталкивая меня к спальне Элли.
«Привет, Элли».
«Ты пришел, — ответила она полувоинственным тоном.
«Шанс помочь моей замечательной сестре. Я прилетел сюда».
"Да правильно."
«Как дела?» — спросил я, пытаясь придать своему голосу теплоту, пока говорил.
«Я, видимо, буду жить».
"Точно будешь?"
«Не говори так разочарованно», — проворчала сестренка.
«Эллисон! Твой брат готов пожертвовать летом, чтобы помочь тебе», — предупредила мама.
— Прости, — прошипела сестра.
~~~~~~
«Я написала меню на следующую неделю… Я купила еду сегодня утром…» — начала мама: Твоя сестра может говорить тебе, что делать
"Не волнуйся, мам, мы всю неделю будем просто есть пиццу и пить пиво. Биг-Маки. И шоколадный торт на обед. Меню нам не нужно... Фу, это нам точно не нужно", - сказал я. — сказал, указывая на цветную и брюссельскую капусту, лежавшие на прилавке.
«Билли», — грозно предупредила мама.
~~~~~~
Квартира сестры находилась на пятом этаже нового дома, и ее окна выходили на большой городской парк, что обеспечивало как конфиденциальность, так и великолепный вид. Две спальни и полторы ванные комнаты, меня должны были перевести во вторую спальню, комнату, которая была переоборудована в кабинет, но в углу стояла односпальная кровать.
Единственный душ и ванна в номере находились в ванной комнате, примыкавшей к главной спальне Элли, поэтому мне приходилось пользоваться ею, когда я хотел помыться.
Мама провела с нами свой последний ужин, давая мне инструкции на все возможные непредвиденные обстоятельства, но в конце концов я остановил ее, когда она начала объяснять, как избавиться от «отходов» Элли, пока мы ели десерт. «Я разберусь с этим, мама», - проворчал я, глядя на тарелку шоколадного пудинга, стоящую передо мной.
~~~~~~
«Я не так уж уверена в этом», — были последние слова Элли маме перед тем, как мама уехала обратно в Чикаго после того, как мы пообедали.
«С ним все будет в порядке. Правда, сладкий?» она спросила меня.
«Если она хорошо будет себя вести», — сказал я со злой ухмылкой.
~~~~~
Я сидел на диване, а Элли лежала в постели, и мы вдвоем провели тихий вечер, смотря телевизор в ее спальне.
В конце концов она выгнала меня в десять тридцать, сославшись на усталость и боль.
— Тебе что-нибудь нужно? Вода?
"Нет."
«Вывоз какашек?»
«Заткнись, Уилл», — приказала она, используя имя, которым всегда называла меня.
«Я люблю тебя», - сказал я, наклонившись и чмокнув ее в щеку.
«Дурак».
~~~~~
Жалобные рыдания сестры прорвались сквозь снившийся ей сон и разбудили меня около половины третьего ночи. Мой член в шортах все еще был твердым, когда я бросился к кровати Элли.
— Уилл? Это ты? — прошептала она в темноте.
«Угу, я слышал, как ты плачешь», - ответил я, взяв ее мягкую, дрожащую маленькую руку в свою. «Что такое? Что я могу сделать?»
«Ты можешь ложиться спать. Я в порядке».
«Ты плачешь. Могу я тебе что-нибудь дать? Сделать что-нибудь?»
«Больно... так больно... и мне нельзя принимать еще одну таблетку в течение двух часов», - вдруг всхлипнула она.
«К черту это, — ответил я, — если тебе нужен, бери один». Дав ей еще одну таблетку, я держал ее за руку, пока она не уснула, а затем остаток ночи беспокойно проспал на диване в ее спальне.
Понедельник, 17 июля
«Тебе не обязательно было там спать», — начала она, когда увидела, что я проснулся.
— И оставить прекрасную принцессу одну? — спросил я, а затем быстро встав, добавил: «А что моя леди желает на завтрак? Ваше желание — мой приказ».
«Ты будешь все время стараться быть смешным?» — спросила сестрёнка с гримасой.
«Да, прекрасная дева»
"Уилл!"
«Извини. Я постараюсь быть более серьезным», — пообещал я с усмешкой.
Янкина попка