просто на прогулку, она точно не помнила. Она пожаловалась, что на улице жарко, и я снял кепку со своей головы и отдал ей. Сезон закончился, и я, наверное, забыл о том, что когда-нибудь верну ее, но она помнила.
Зофи, как я хорошо знал, любила танцевать. Она никогда не смогла бы стать балериной с своими грудями 4-го размера или даже современной танцовщицей. Ее рост тоже был недостатком. Но это не отменяло ее любви к искусству, и когда она делала какой-то сумасшедший сплит с одной ногой на полу и другой, поднятой в воздух, я, признаться, начал фантазировать о том, каково это — заниматься с ней сексом в таких позах. Что меня удивило, так это то, сколько у нее в комнате было всяких элементов формы футбольной команды "San Francisco 49ers". Изящная, элегантная, утонченно красивая Зофи была ярой фанаткой "Найнерс". Она знала каждого игрока и половину статистических данных команды. Черт возьми, она знала о них больше, чем я! Кто же знал?
Сэм… Сэм была немного трудоголичкой. Она много читала, но не жалкие любовные романы, не юридические триллеры и не то, что можно назвать "Young Adult" [жанр эротической литературы о половозрелых тинейджерах]. Она читала историю, политику, научные журналы, да что угодно. Мы, конечно, никогда не говорили о таких вещах в КБС. Но наедине с собой Сэм была чертовски увлечена. Внешне она выглядела как любая другая сисястая блондинка-сексбомба, и можно было сразу предположить, что это сексуальное тело предназначено для того, чтобы стать конфеткой для богатенького нейрохирурга, а не самим нейрохирургом. То есть я знал, что она умна, потому что половину времени остальные задавали ЕЙ вопросы, чтобы получить помощь в выполнении домашнего задания. Но она поразила меня своими знаниями по широкому кругу вопросов, далеко выходящими за рамки обычного школьного курса. Серьезно, в течение многих лет мое представление о приятном времяпрепровождении в субботний день сводилось к тому, чтобы на четыре часа погрузиться в сон перед экраном телевизора. Сэм же проводила тот же день за чтением "Wall Street Journal". Ее мозг, казалось, никогда не отключался.
В перерывах между встречами с девушками из КБС я проводил время у Элис, играя в видеоигры и общаясь. Однажды она зашла и ко мне. Иногда она спрашивала о других девушках. Но чаще всего не спрашивала. Во время второго визита я сказал ей, что она должна позвонить Наим. Как оказалось, она действительно позвонила Наим на Рождество, и они долго разговаривали. И на следующей неделе они тоже начали ходить друг к другу в гости, но уже не в одно и то же время со мной.
Что касается Рождества, то моя семья и семья Белль встретили его спокойно, как и День благодарения. Мы разделили подарки, мило пообщались и разошлись по своим делам.
Белль все еще не хотела рассказывать о нас своему отцу, но я и так был достаточно занят, обслуживая всех пятерых девочек днем, и добавление Белль к моим ночевкам, вероятно, просто убило бы меня.
Но какой же это был бы путь на небеса.
Как я уже говорил, время летит незаметно, когда тебе весело. А мне было очень весело.
А потом наступил четверг.
***
В 12:59 раздался звонок в дверь, и я поприветствовал входящую:
— Привет, Элис. Как дела?
Я протянул кулак для удара.
— Ты сегодня выглядишь бодрым, — сказала она без предисловий, стукаясь кулаком. — У тебя сегодня НЕ было утренней встречи?
— Была, ничего страшного. Наверное, моя выносливость повышается после всех этих… тренировок.
— Тренировки, — насмешливо сказала Элис, закатив глаза. — Я бы спросила, с кем, но не
Матрешка