сильно беспокоят. Ты сказал, что не возражаешь, если я скажу людям, что ты мой парень, Мэтти? Я могла бы обсудить этот вопрос.
— Подожди, если мы сделаем тебя нашим публичным парнем, — нетерпеливо вмешалась Наим, — значит ли это, что мы можем делать с тобой разные вещи как с парень/девушка?
— Никто не встречается с Мэтти: это Правило, — твердо заявила Сэм.
— Хорошо, — фыркнул Наим.
— Но мне нравится идея объявить, что Мэтти под запретом, — сказала Элис. — Внутри клуба ничего не меняется, но для внешнего мира мы говорим людям, что он является собственностью КБС.
— Мне не нравится эта идея, — прорычала Белль. — Он не собственность.
— Я действительно не против, — заверил я ее. — Я имел в виду все, что сказал о том, чтобы быть преданным вам шестерым. Я принадлежу вам. Я принадлежу КБС.
Так и было решено.
***
В следующий понедельник Сэм прошептала что-то в нужное ухо, и новость распространилась по школе со скоростью лесного пожара. Мысль о том, что я был коллективным "парнем" шести горячих девчонок, взорвала мозги некоторым людям и вызвала совершенно новый поток парней, подходивших ко мне, чтобы спросить, трахаю ли я их всех. На этот раз моим новым ответом было:
— Без комментариев.
Половина спрашивавших парней восприняли это как "да" и продолжили поздравлять меня. Я не стал их поправлять.
Вопреки предполагаемой концепции, я почувствовал, что стал получать БОЛЬШЕ внимания от девушек, а не меньше. Я заметил гораздо больше взглядов в мою сторону от женщин всех форм и размеров, задающихся вопросом, что именно во мне такого, что может удовлетворить ШЕСТЬ девушек одновременно. Не помогло и то, что распространился слух, что я выебал Холли все мозги как раз перед тем, как объявить себя "парнем КБС", из-за чего казалось, что я трахал всех шестерых девушек в течение многих лет, и это было обнародовано только тогда, когда Я сбился с пути, и они почувствовали необходимость "пометить" меня и объявить запретным.
К их чести, девушки все приняли спокойно. Как сказала Наим, все уже думали, что я трахаю их всех, так что особых изменений в отношении к ним не произошло. Общаясь с людьми за пределами Клуба, они, вероятно, получили еще несколько пытливых вопросов и комментариев в течение недели или двух, но всё довольно быстро угасло.
Взаимодействуя внутри клуба, все вернулось на круги своя, и во многих отношениях стало даже лучше, чем обычно, насколько я мог судить. Всем девушкам, похоже, нравилась идея, что я их коллективный "парень", и, хотя мы все понимали, что это пустой титул, по прошествии нескольких недель мне казалось, что они по отдельности начинают относиться ко мне так, как они бы относились к настоящему бойфренду, даже на публике.
Они всегда кокетничали со мной наедине, но эти маленькие прикосновения начали проникать в повседневную жизнь. Зофи начала держать меня за руку, пока мы шли по коридору на переменах, с застенчивой улыбкой на лице. Ей действительно понравилась идея назвать меня своим парнем. У Сэм появилась привычка целовать меня на парковке в конце школьных дней. Наим нравилось сидеть у меня на коленях во время ланча, кормить меня виноградом с рук или делать другие заботливые "девчачьи" вещи, которые воплотили полдюжины моих давних фантазий о великолепной рыжеволосой как моей настоящей, официальной девушке. И все эти вещи начали действительно сокращать количество хлопот, с которыми девочки сталкивались ежедневно, по крайней мере, пока я был рядом. Случайные парни, казалось, приставали к ним меньше, чем раньше, тогда как в старые времена никто не стеснялся сделать девушкам предложение
Добрая мачеха