Я все еще сосал ее прекрасную грудь, переключившись на другой сосок, когда почувствовал предательское покалывание в яйцах. Я пытался бороться с желанием, пытался продлить этот момент на всю жизнь, но я не мог удерживать его вечно, и она не собиралась прекращать поглаживания. Так что я, наконец, оторвал рот от ее соска и выдохнул:
— Мари! Мари! О боже, Ангел... Ты заставишь меня кончить!
Если моим намерением было заставить ее перестать меня гладить, то я с треском провалился. Мари услышала мои слова, взволнованно застонала и начала дрочить еще быстрее, стремительно подгоняя меня к точке невозврата.
Мои руки сжались на массивных молочных железах Мари, мой зад оторвался от кровати Белль, а мой член начал брызгать сливочной спермой на мой собственный живот.
— Ай, Диос мио! — воскликнула Мари, увидев это. Но она не переставала гладить член.
— Уггх! Уггх! Унггг!
Снова и снова я кончал, выпуская по крайней мере шесть выстрелов спермы себе в живот. Оставшиеся шарики потеряли силу и просто вытекли, но Мари продолжала качать, пока ничего не осталось. Множество белых шариков прилипло к ее коже, и она импульсивно поднесла руку к носу, чтобы понюхать. На секунду я подумал, что она собирается слизнуть. Но вместо этого она протянула ладонь, подняв руку, чтобы наша аудитория могла лучше рассмотреть.
— Ты можешь поверить, что я только что сделала это? — спросила она, обрадованная собственной смелостью.
Белль сидела в кресле за письменным столом с непроницаемым выражением лица.
— Нет, — ответила она тихим голосом. — Я действительно не могу.
Мари нахмурилась, услышав ровный тон своей лучшей подруги. Я был слишком измотан (и блаженно счастлив от оргазма), чтобы действительно это заметить. Но я заметил, когда Белль стиснула зубы, встала со стула и вышла из комнаты.
Мы с Мари посмотрели друг на друга, не зная, что делать. Мари бросилась в бой раньше меня, соскользнула с кровати, схватила комок салфеток, чтобы промокнуть сперму, покрывающую ее руку, и вышла за дверь, не обращая внимания на то, что она обнажена до пояса. Должно быть, она пошла в ванную, чтобы вымыть руки, потому что вернулась через минуту, схватила лифчик и свитер и быстро чмокнула меня в губы.
— Ты знаешь, что тебе придется преодолеть все эти заморочки отношений между братом и сестрой, верно? — серьезно произнесла она, скорее утверждая, чем спрашивая.
Я вздохнул, не зная, что ей ответить.
Пожав плечами, она встала с кровати и направилась к открытой двери, намереваясь найти свою лучшую подругу. Но как раз перед тем, как пройти, она остановилась и оглянулась на меня.
— Ты назвал меня "Ангел" прямо перед тем, как кончил?
Я нахмурился и порылся в памяти, сам не совсем уверенный, но подумал, что мог бы.
Она хихикнула:
— Мне это понравилось.
А потом она ушла.
ГЛАВА 4. ХЭЛЛОУИН
Я действительно не оправился от проблемы "брата и сестры". Мари и Белль вели свой маленький девичий разговор, и когда Мари пошла домой, Белль и я сели и поговорили сами. Но это был тот же самый разговор, который у нас уже был раньше, когда я думал о ней как о своей младшей сестре, а она думала обо мне как о своем крутом сводном брате, не состоящем в родстве. Ее отец пришел домой рано, а мы задержались с приготовлением ужина, так что разговор так и не закончился. А после ужина я вернулся к себе домой.
Молва о смелости Мари распространилась быстро.
Элис ждала меня и Белль на стоянке и подошла к нам, как только мы ступили на бордюр.
Горная роща