стебаться над людьми. Следуй на выход. Завтра доскажешь свои байки.
– Слушаюсь, гражданин начальник. До свидания, тётя Маша. Завтра буду без опозданий, я теперь на исправлении, надоело в тюряге чалиться, хочу к празднику откинуться по УДО.
Они вышли из вестибюля техникума и пошли на остановку троллейбуса.
– Костик, чего ты тётку пугал? Избивают его, в тюрьме чалится...
– Пошутил слегка, Лен. Твоего отца тоже повеселил с утра. Ходил к нему извиняться за свои косяки, немного увлёкся и сказал, что мы скоро ждём ребёнка. Но, кажется, он не поверил. У него как с юмором, нормально?
– Вечером будет ясно, во всяком случае, домой опаздывать мне не стоит, – предостерегла Костика Ленка, подхватывая парня под руку.
– До вечера время навалом, успеем в холодильнике шмон навести и на шконке поваляться, – заверил девчонку Костька.
– Выходит, Костик, по твоей терминологии я тебе «заохой» прихожусь?
Костька с недоумением уставился на Ленку:
– В смысле, Лен?
– «Заоха» – девушка, в заочных отношениях с «зеком» по переписке... Не знал? Так что, фартовый парень, заканчивай с тюремным жаргоном, а то накаркаешь на свою башку неумную.
Подошедший троллейбус распахнул двери и молодые люди втиснулись в переполненный салон. Поднявшись на лифте на пятый этаж, Костька встретился с соседкой, выходящей из своей квартиры на лестничную площадку. Серафима Витальевна была не одна, её сопровождал Женька с сумкой в руках, шагая вслед за своей хозяйкой к лифту.
– Костя, ты чего набедокурил? – удивлённо глядя на девушку в форме полицейского, обеспокоилась Серафима Витальевна.
– Это, Серафима Витальевна, по вопросу проверки регистрационного учета граждан по месту жительства. Меня проверят и к вам зайдут.
– А чего меня проверять, – всполошилась Сима, испугано зыркнув на Женьку.
– Ну, на наличие квартирантов и прочих незарегистрированных лиц, проживающих на Вашей жилплощади. Сейчас с этим строго. Штрафы запредельные.
– Каких ещё квартирантов? – упавшим голосом растеряно промямлила Сима, – одна живу, никаких посторонних лиц у меня нет и прописывать мне некого.
При этом, Женька бочком за спиной своей хозяйки протиснулся на лестничный марш и, не дожидаясь лифта, поскакал по ступеням вниз.
– Ладно тебе, Сим, пошутил я. А хочешь, отважу твоего кавалера насовсем? Дорогу к тебе забудет, пьянь.
– Тьфу на тебя, Костька! Перепугал до смерти, оболтус. Разве ж можно так с пожилым человеком шутить! С ним спокойнее, хоть живая душа рядом.
– Если бы рядом, а то прямо на тебе, аж через дверь слыхать. Киндера заделает тебе эта живая душа.
– До свидания, девушка. – вежливо распрощалась Сима с Еленой и скрылась в кабине подошедшего лифта, скорчив злую гримасу своему соседу.
Костька открыл ключом квартиру и пропустил подругу в прихожую.
– Снимай китилёк и пошли на кухню. По запахам чувствую, что голодными не будем. Хозяйничай тут, Ленусь, а я в душ по-быстрому.
* * *
После душа ребята пообедали и, прибрав на столе посуду, ушли в комнату Кости. Ленка сбросила с себя халат Костика и вытянулась на кровати, предоставив парню любоваться своими аппетитными формами.
– Костечка, только без жгучих засосов на мне, как в прошлый раз. Мне тогда за них влетело по первое число. Всю попу рассосал до синяков. А теперь отец лично знаком с живописцем. Хватит приключений на наши бедные задницы, милый – всерьёз предупредила Ленка, рассматривая рукотворные следы процесса воспитания, – бедненький, как тебя отделали, изверги. Прикоснуться страшно, давай я поласкаю твоего малыша, – поднимаясь с подушки, предложила она.
– Попробуй, а тебе приходилось это делать.
– Думаю, не сложнее чистки табельного оружия. Навыки в руках есть, ложись,
Обожаю отдающуюся Ольгу!