тебе утром первым делом захочется присунуть в меня эту штуку, так что мне тоже лучше немного отдохнуть.
Памела прижалась ближе, ощутила его тепло у своего тела и закрыла глаза, ожидая, пока ею овладеет сон. Последнее, о чем она подумала перед тем, как заснуть, было то, как сегодня восхитительно на экране выглядела киска блондинки крупным планом. Розовая расселина, яркая и заметная среди темно-золотистого кустика волос, внутри которой была заметна влажная складочка с одним маленьким, изысканно узким отверстием и красноватым бугорком клитора, торчащим, как крошечный затвердевший сосок, жаждущий ласки.
*****
В четверг утром она проснулась от ощущения того, как ее муж пытается ввести свой твердый член в ее сонную киску.
— Эй, ты чего это? — улыбнулась Пэм, но чуть-чуть раздвинула ноги, чтобы облегчить путь его могучему инструменту.
— А ты как думаешь? — ответил Керри вопросом на вопрос. — Ты снилась мне всю ночь, и когда я проснулся, у меня был огромный стояк. Я даже отлить не могу, пока не избавлюсь от этого напряжения, так что просто подумал, что...
— А ты не думай — делай! — женщина приподнялась, чтобы коснуться возбужденного ствола. Мммм, горячий и твердый, и светящийся похотью. Именно такой, каким ей нравилось видеть своего мужчину. Или своих мужчин. — Чего же ты ждешь? — хрипло спросила она. — Особого приглашения? Покажи мне, какими сладкими были твои сны. Покажи мне сейчас же!
Муж не стал медлить ни секунды, стремительно погрузив свой восьмидюймовый твердый стержень в ее приветливую киску, двигаясь в ней, пока их тела не сплелись воедино истинно любовным узлом. Она работала вместе с ним, подмахивая бедрами, выдаивая его член опытными сжатиями своей киски, и он двигался взад и вперед, пока наконец не излился густой утренней порцией сливок в ее проснувшиеся глубины, — один быстрый утренний перепихон, чтобы подготовиться к новому трудовому дню.
После того, как Керри ушел в ванную, Пэм лежала, вздыхая, на кровати и поигрывала пальцами со своей липкой, уестествленной норкой. «Мммм, — подумала она, пробуя на вкус соки, вытекающие из ее влагалища, — интересно, кто-нибудь уже звонил Патрисии Райт?» Что ж, как только муж уйдет на работу, она узнает об этом. «О, черт возьми, — спохватилась мысленно женщина, — я не утверждала, что собираюсь бросить все сейчас! Я подумаю об этом позже. Потом».
После того, как Керри ушел, она немного вздремнула, и соответственно, не удосужилась проверить свою справочную службу до одиннадцати часов. Это был ее последний рабочий день на неделе — на поиски сексуальных приключений она выходила только во вторник, среду и четверг.
— Черт! — выругалась Пэм, закусив губу. Утренний сон обошелся ей минимум в сотню. Один из постоянных клиентов, приехавших из Детройта, хотел встретится с ней в полдень, но у нее уже не оставалось времени привести себя в порядок и приехать. Но Пэм знала, как с ним связаться, она оставит ему потом сообщение. Может быть, в следующий раз, когда он окажется в городе... — Еще звонки?
— Только один, — ответила оператор. «Всего два бронирования на сегодня? Конечно, это лучше, чем один, но не так хорошо, как четыре, с которыми я справилась одним памятным днем». — Он поступил от... Извините, мисс Райт, я не принимала это сообщение, и мне ужасно неловко... Никак не разберу почерк Шарлотты. Насколько могу судить, это мистер Хаген. Да, Ха-ген... Но полагаю, с таким же успехом он может оказаться и МакХагеном, потому что Шарлотта пишет как курица лапой — там рядом с фамилией стоит буква «М» и какая-то закорючка. А, и
Любовник.