твоя жопница!!! - судя по голосу, градус её возбуждения сразу подскочил.
— А что делают с жопницами?!
— Их... ебут! Ебут в жопу!!!
На этих словах Юрка, чувствуя приближение конца, выскользнул из её кулака, встал на табуретку, и сладко кончил на ходящую ходуном материнскую попу.
Мать мгновенно чуть присела и запустила освободившуюся ладонь под резинку колготок. Секунда - и она уже причудливо вращается под черной тканью, надрачивая истосковавшуюся по ласке пизду.
Юрка, видя это, ускорил движения рукой, заставляя мать пищать и выть как раненое животное, и когда она дёрнулась в первой волне оргазма, резко выдернул из неё пальцы.
Её попа характерно чмокнула, а извивающееся в оргазме тело заорало что-то нечленораздельное.
Юрка стал собирать и запихивать свою сперму в подрагивающее очко, когда почувствовал что-то мокрое на своих ногах. Он посмотрел вниз и увидел, как сквозь стремительно намокающий на ногах матери капрон в районе её вульвы выбивается светло-желтый фонтанчик мочи.
***
Вот уже минут пять мать безвольно и безучастно висела на гладильной доске. Юрка перевёл дух, собрался с силами, отстегнул её и попытался поднять.
— Малыш, подожди, - прошептала она. - Я сама... Я всё сейчас уберу.
Он тихонько погладил её по ноге.
— Ты как?
— Мне стыдно! - её голос дрожал. - Я испорченная дрянь...
— Мамочка, что ты!
— Да! Я просто испорченная дрянь. В этом всё дело. - голос её звучал глухо.
— Перестань, пожалуйста! Я не хотел, чтоб так получилось! - Юрка сделал вид, что готов расплакаться.
— Ты не виноват, сынок! Я сама этого хотела. Вот и получила. Да еще и в туалет не сходила вовремя, дурёха такая! А ведь у меня это слабое место!
Вот и... И что теперь нам с этим делать? - она посмотрела на Юрку через плечо заплаканными глазами.
— Н-н-у! Я не знаю, как тебе... А мне с тобой было... Чудесно... Ты такая... Такая... Родная... Мы как будто друг друга чувствуем!
— Да, Юрочка, да! Мне тоже было чудесно! Тоже!
— Тогда зачем что-то делать? Я люблю тебя. Ты любишь меня. Давай просто жить!
Мать промолчала, что-то обдумывая.
— Юрочка! Накинь на меня халат. Я стесняюсь.
Юрка принес из материнской комнаты халат и набросил на неё При этом пришлось опереться ладонью в мягкую материнскую попу. Возражений не последовало.
Натягивая халат, он легонько нежно поцеловал её в одну ягодицу и погладил другую. Потом прикрыл всю эту красоту.
— Спасибо.
Она медленно, как сомнамбула, выпрямилась на нетвёрдых ногах, и, опираясь на Юрку, пошла в ванную. Он помог ей забраться в ванну, хотел помочь раздеться, но она сказала...
— Иди сынок. Я сама!
***
В этот вечер они больше ничего не обсуждали. Мать задумчиво молчала, хлопоча по хозяйству и прятала от Юрки глаза. Он беспокоился, не пережал ли со всеми этими спектаклями.
Сев за компьютер, он быстро нащелкал письмо Вере, кратко описав ситуацию. Ответ поступил незамедлительно.
«Поздравляю с первым стратегическим успехом! Теперь надо закрепиться на занятых позициях. Никаких атак и вылазок. Окапываемся на захваченном плацдарме. Завтра воскресенье. Веди себя как будто ничего не случилось, но запомни - теперь гладить её по попе - твое законное право. Это твоя добыча. Делай это при любой возможности, но не агрессивно, нежно. Можешь придумать своей мамке ласковые прозвища, связанные с её жопкой - ну там - моя попочка, морщиночка, и так далее. Обнимай её почаще, но сиськи не трогай - они у неё почему-то табу. Жди, пока сама решит. И предложи ещё когда-нибудь поиграть. Посмотри, как отреагирует. Ты умный, сам всё поймешь...»
Было уже поздно, но мать всё не уходила с кухни. Озадаченный Юрка выключил комп и заглянул на кухню. Мать
Идеал и проклятье в одном 1.