для него, —такова цена входного билета на право жить в той или другой общине, — ответил я.
—Тогда почему? Почему ты устроил сегодняшнее побоище и поедание убитых врагов? — спросила Дженн.
—Потому что я не хочу убивать за Элсдрагона и рейдеров, я не хочу убивать за Сильвермана и НКР, но за тебя, Дженн, я любому пасть порву и глотку перегрызу, кто посмеет тебя тронуть. А они посмели и должны были за это заплатить, — ответил я.
—Спасибо, Майкл! — сказала Дженн.
—За что? — не понял я.— Моя любовь вряд ли стоит благодарностей.
—Я так не думаю. Знаешь, Майкл, если бы ты не был со мной с самого начала всего этого кошмара, если бы не та ночь в раздевалке, а потом в шахте, я даже не знаю, как бы я всё это пережила, что тут со мной делали. Только это и вера в то, что ты придёшь, позволяла мне жить дальше, хотя иногда я думала, что тебя убили и я никогда тебя не увижу, — сказала Дженн. — Ладно, не будем о грустном. Я хочу у тебя спросить, почему Эрик во время трапезы завёлся? Мы тогда с Джейми особо не прислушивались к вашему разговору, а потом ты выстрелил и стал что-то говорить о том, что то, что здесь случилось, здесь и останется, а если и будут последствия, то мы вместе с ними справимся. Что ты имел в виду?
—Ну, Эрик с Джонни хряпнули скотч-виски и Эрик начал высмеивать пагубную привычку Джонни, рассказывая, что тут с ним было. А Джонни видя, как вас с Джейми выворачивает, решил, что у вас токсикоз, ну и брякнул об этом, причём в такой форме, что Эрик вспылил. Кстати, может вам не стоило пить скотч-виски при таких делах? —ответил я.
—Ну и как ты намерен справляться с последствиями? — спросила Дженн, игнорируя моё замечание о выпивке.
—Как-как. Добраться до Юнион-Сити, решить там вопрос с жильём для нас, дальше, возможно, мне придётся переступить через моё нежелание убивать ради НКР и Сильвермана и стать полноценным солдатом-наёмником или поискать другие источники, которые будут кормить нас, — ответил я.
—Т.е. ты готов переступить через себя ради ребёнка какого-то рейдера? — спросила Дженн.
—Дженн, это может быть и мой ребёнок. Я не думаю, что в Юнион-Сити умеют делать анализ ДНК, поэтому мы это вряд ли узнаем. Но даже если это и ребёнок какого-то рейдера, как ты утверждаешь. Знаешь, мы оба потеряли родителей, но если ты потеряла недавно, то я своих даже не помню. Может, они и заслужили то, что с ними случилось, в любом случае мы этого никогда не узнаем. Я воспитывался в убежище при том, что мои опекуны даже не пытались стать мне родителями. В конце концов, если это и ребёнок рейдера, то он, скорее всего, был среди тех, кого мы убили и съели, а значит он стал частью меня. Знаю одно: я не повторю путь дедушки Альберта и бабушки Глории, потому что знаю, каково это быть сиротой, который никому особо не нужен, — ответил я.
—Да, интересное у тебя мнение о своих родителях. А ведь ты говорил мне, что нужно уважать родителей, — заметила Дженн.
—Уважать нужно, но нужно и трезво смотреть на них, как и на ситуацию в целом. Тогда я ещё не знал, что творится здесь на поверхности, а сейчас я это вижу по-другому. Тут на поверхности часто ты или жертва, или мясник, а иногда и то, и другое в разные времена, — ответил я.
Mrs Desire