Госпожа, и он своим поведением докажет ей, что она достойна поклонения! Чем ниже она падет ночью, тем больше он её возвысит днём! Рабыня для других – Царица для него!
Еще она мысль терзала Сашу. Ему показалось что мама заметила его. А если не показалось? Как она отнесётся к тому, что он бессовестно подсматривал за ней?
Подглядывать в любом случае нехорошо. Он не должен был этого делать, но не смог оторваться от наблюдения за сексом собственной матери. Это безусловно недостойное поведение.
— Надо будет попросить у мамы прощения, - решил парень.
– А если не простит, пусть накажет меня.
— Как наказывают рабов? —спросил сам себя Саша и внутренний голос ответил ему: «Рабов секут...»
Парень пошел варить маме кофе, а вот подавать ли его в постель? Вдруг ночной посетитель всё еще в маминой комнате? Эту дилемму разрешила сама Хозяйка. София Александровна спустилась, и сама пришла на кухню, босиком и в лёгком халатике. Саша опустился перед ней на колени и подал её чашечку кофе.
— Почему не принёс мне в постель? - строго спросила София.
— Я думал... я решил... Я не успел, - мямлил Саша.
— Понятно. Ты не знал одна ли я там. Боялся застать там кого-то еще. Так?
— Мама, прости...
— Не бойся он взял такси и уехал. Значит ты всё видел. Значит, я не ошиблась. Это были твои любопытные глаза там в темноте.
— Извини...
— Как тебе не стыдно!
— Стыдно, мама, очень стыдно
— Надеюсь ты хотя бы не мастурбировал?
— Нет, что ты ни в коем случае... я бы... нет. Никогда.
— Значит ты раскаиваешься в содеянном?
— Да, мама, раскаиваюсь. – Саша опустил голову вниз и смотрел на босые ноги матери, к которым ему так хотелось припасть сейчас губами. Но он не смел.
— И что мне теперь с тобой делать?
— Накажи меня...
— Наказать? Как?
— Выпори меня.
— Выпороть? Я не порола тебя, когда ты шалил в детстве, а теперь выпороть?
— Да.
— Ну, ладно, хорошо. Иди ко наверх приготовь свой ремень и ступай ко мне в спальню. Там снимай штаны и жди меня, а я пока допью свой кофе.
Саша поднялся с колен и ушел наверх. А София Александровна пила кофе и думала, как ей дальше правильно вести себя с сыном. У парня явно мазохистские наклонности. Это понятно. Ему нужен объект поклонения. Но почему она? С другой стороны, если не она так найдётся другая. Воспользуется, наивным мечтательным девственником. Начнет, например, тянуть из него деньги, причем её деньги, своих то у него нет. Или испортит психику, сломает его. Получается парня надо спасать. Как говорится, если поход не остановить надо его возглавить! Хочет мальчик Госпожу так он её получит в лице собственной матери.
— Уж я-то плохого ему не сделаю. И может быть строгостью выбью из него эту дурь. Хотя бы и ремнём! А уж если мазохизм — это окончательное свойство его натуры сама подберу ему ту у которой он будет под каблуком. А пока пусть побудет под каблуком у меня! – София Александровна поставила чашку и решительно направилась наверх в свою спальню.
Саша встретил её, стоя на коленях. В руках у него был широкий кожаный ремень. София приняла от него это орудие наказания.
— Спусти штаны и ложись на кровать! – приказала женщина.
Парень повиновался. Он лег на постель, на которой этой ночью отдавалась любовнику его мать. В душе у него звучали хоралы. Сейчас его Госпожа, его Царица и Королева будет его пороть на этом ложе. Неужто это правда?
Реальность оказалась менее приятной чем фантазии. В обнаженные ягодицы с громким
Иван да Малика. Военно-половой роман