всех сил пыталась отодвинуть шею, ибо он банально начинал мешать дышать, особенно останавливаясь в ней секунд на 20, а из-за того, что заходил в попку, мама то и дело вскрикивала и напрягала ноги, ощущая, насколько сильно он её тянет и начинает заходить на неприятную глубину. Спустя ещё несколько заходов мамины щёки были покрыты стекающими слезами, весь подбородок слюнями, а пол под ними всем вместе. Дилдо во рту заходил уже довольно глубоко, заставляя её давиться и перекрывая дыхание, а тот, что был в заду заставлял маму вскрикивать даже без возможности нормально дышать. Когда дилдо вышли в очередной раз, то Палач, задумчиво посмотрев на маму, сказал:
— Знаете, всегда должен быть элемент неожиданности.
С этими словами он выкрутил ползунок механизмов на максимум. Оба дилдо уверенно направились к цели. Едва успевающая отдышаться мама, вскрикивая и явно пытаясь что-то сказать, забегала глазами, словно ища какое-то спасение. Однако оба дилдо нещадно настигли её и стали вталкиваться внутрь. Однако в этот раз они продвинулись вовсе не на чуть-чуть, они впихивались до конца. Своим неостановимым натиском они захватили пространство маминых рта и попки, продолжая двигаться дальше и дальше. Слишком поздно мама поняла, что эти штуки не остановятся. Та, что была во рту, быстро достигла горла и того места, где была в предыдущий заход, но и не подумала замедлиться. С ужасом и в панике мама осознала, что становится уж чересчур тяжело, но ничего не могла сделать. Перед тем, как её глаза закатились, а горло закупорилось, она издала какое-то мучительное "гху-у...", после чего в её горле встал огромный дилдо. И даже после этого его ход не был остановлен. Он продолжал углубляться в её горло, расширяя его и вскоре даже с поверхности было видно, как мамино горло вздулось и расширилось под натиском этого монстра и там, где он был, образовался большой продолговатый бугор, уходивший куда-то ещё глубже. Второй же прижался к её заднице впритык и, видимо, давил настолько сильно, что у мамы даже спина выгибалась, а сама попка слегка сплющилась, образовав на себе несколько складок. Где был конец этого дилдо даже представить трудно. Он словно кол встал в маме, отчего той, хоть уже и теряющей сознание, казалось, что он у неё в самом желудке, отчего буквально горели все внутренности. И вот через несколько секунд оба дилдо были впихнуты до предела. При их последнем движении раздался какой-то тихий склизский звук и глубокий булькающий горловой звук от самой мамы, ставший для неё на тот момент последним. Далее звуков она уже издавать никаких не могла. Ещё какое-то время она отчаянно дёргала привязанными руками и ногами, но очень скоро и на это не осталось ни сил, ни воздуха. Она дёрнулась ещё один раз, после чего совсем обмякла.
— "Вертел" в действии!, - торжественно объявил Палач.
Толпа сразу довольно загудела. "Так вот какой должен был быть финал изначально", - подумал я. Прождав где-то секунд 20-30, Палач вновь нажал на механизм и тот медленно разомкнул оба дилдо, разведя их в разные стороны и выведя из мамы соответственно. Едва первый покинул пространство её горла, как мама в панике стала кашлять, при этом изо всех сил глотая воздух. Её глаза, полные страха и шока, бегали из стороны в сторону. Когда же она смогла более-менее нормализовать дыхание, то моментально разразилась полным отчаяния и ужаса плачем. Ощущения, полученные только что, были настолько невыносимыми, что одна мысль о том, что это может повториться, заставляло мамин плачь становиться ещё сильнее.
В дождливый день с сестрой.