перевела эти документы только на свое имя. После этой живительной новости злость и гнев Лоры выросли в геометрической прогрессии.
Последним действием Лоры, прежде чем она окончательно потеряла самообладание, было то, что она прокляла собственную самонадеянность, благодаря которой она ошибочно предполагала, что все трое детей встанут на её сторону.
Теперь она поняла, насколько были сильны негативные чувства, которые остальные члены её семьи, по всей видимости, питали к ней. Из-за этой неприязни, чёртов Дэйв приделал ноги к её любимому дому, и никто из её троих детей не поддержал её.
В этот момент Лора была очень близка к тому, чтобы признать чудовищность своих ошибок, но - увы! - её жалость к себе и тому положению, в котором она очутилась, снова обратилась в гнев прежде, чем её внутренняя совесть ответила взывающему к ней разуму.
Подстрекаемая эмоциями, она отправила по электронному письму всем троим детям, с единственным вопросом:
"Неужели вы действительно так сильно меня ненавидите?"
В ответ она получила только одно сообщение:
"Мы НЕ НЕНАВИДИМ тебя. Ты всегда знала, что я сделаю всё, что в моих силах, чтобы защитить нашу семью. Просто прискорбно, что ты поставила меня в такую ситуацию, когда Я ДОЛЖЕН ЗАЩИЩАТЬ ИХ ОТ ТЕБЯ".
Внизу стояла подпись: "Дэйв".
Оставаться в развалюхе на ночь было немыслимо, поэтому Лора собрала кое-какие личные вещи, а затем уехала оттуда и зарегистрировалась в мотеле. Направляясь туда, она нарочно проехала через квартал, в котором жила Сара, просто чтобы с досадным раздражением убедиться в том, что модули её прежнего дома аккуратно выстроены там в ряд, в ожидании установки и сборки.
*******
Лора получила исковое заявление Дэйва о разводе в понедельник, в своём офисе. В прилагаемой к бумагам записке он извинялся за то, что пришлось вручать документы публично, прямо на её рабочем месте, но объяснил это тем, что не знал, где ещё её можно было застать.
Следующий час она провела, пытаясь прочесть между строк и найти подвох в соглашении, которое, на первый взгляд, казалось довольно щедрым.
Оно давало ей 100%-ное право собственности на то имущество, которым они совместно владели, каковое, учитывая, что большая часть прочих активов была заблокирована, составляло подавляющее большинство.
Помимо этого, в иске было требование вычесть из общей стоимости имущества несколько особо детализированных сумм. Они включали в себя стоимость авиабилетов и оплаты гостиничного номера на Бали. В прилагаемом к счетам примечании объяснялось, что это были те суммы, которые, по мнению Дэйва, Лора украла у их брака.
Также были вычтены судебные расходы на развод и затраты, потребовавшиеся на раскрытие её финансовых махинаций, включая половину ожидаемых процентов от активов, находящихся в доверительном управлении - на следующие два и пять лет, соответственно.
Наконец, в заявлении содержалась просьба передать детей под опеку того из родителей, которого они сами выберут. Чтобы не разлучать детей, Дэйв выдвинул предложение: если бы Даниэль или Ларри выбрали разных родителей, то Ларри, как самый младший, мог бы самостоятельно принять решение, с кем ему оставаться. Единство семьи имело для Дэвида первостепенное значение.
Лора позвонила своему финансовому консультанту и спросила, каковы шансы на то, что она сможет отменить два траста, оформленные на имена её детей, и тот ей ответил, что они равны нулю. Да, её бывший муж [специально для .in] проделал хорошую работу.
Через своего адвоката по бракоразводным процессам Лора попыталась было назначить другого консультанта. Но поскольку их первая незадачливая советница уже подписала бумаги о прекращении брака, провернуть такой трюк без явного согласия Дэйва оказалось невозможно.
Когда же она попросила его дать такое согласие, Дэйв напомнил ей, что ещё несколько недель назад он предлагал обратиться к альтернативному консультанту, но
Магия гитары