пористый плод, но ни один сок не стекал с ее полных губ.
— Ешь, - сказала мама, не глядя на меня. - Если прошлая ночь не вымотала тебя, значит, ты недостаточно старался.
Я рассмеялся про себя. Звук едва вырвался из моего горла, а грудь и плечи затряслись. Я взял свой телефон, выбрал камеру и сфотографировал свою мать. В первом снимке было видно все ее тело, но в следующем я увеличил изображение ее киски, а в последнем мама отложила свой фрукт и опустила руку между ног, прикрыв свои внутренние и внешние губы, но не впадинку между бедрами. Я сделал снимок, когда мой член стал полутвердым и продолжал твердеть.
— Ешь, - сказала мама.
Я был голоден.
— Хорошо, - сказал я.
Чаша.
Ложка.
Молоко.
Хлопья.
Я покончил со своим завтраком раньше, чем мама доела свой. Я знал, что она почувствовала, как я смотрю на нее, сидя в кресле для почетных гостей справа от нее, когда она улыбнулась, молча пережевывая свою порцию. Я отодвинул свой стул, ножки которого заскользили по деревянному полу, и повернулся к ней в ожидании.
— Ты хорошо спала? – спросил я.
— Как ребенок, - сказала мама. - А ты?
— То же самое, - сказал я, сжимая и разжимая пальцы на ногах. - Я проснулся с ощущением боли. - Мое сердцебиение участилось, ступни покалывало, на ладонях и подошвах проступили следы пота.
— Я тоже проснулась разбитой, - сказала мама, и уголки ее губ приподнялись в улыбке. - Я скучала по этому ощущению.
— Это всегда так?
Улыбка мамы стала шире, когда она сказала: - Это когда мне позволено быть сверху.
Я сглотнул. Мое сердце бешено заколотилось от извращенного вопроса, который пришел мне в голову, и я спросил: - Папа не разрешает тебе быть сверху?
— Не часто, - прошептала мама, и ее следующий вздох стал глубоким и прерывистым. - До свадьбы я была принцессой для твоего отца, а теперь он обращается со мной как с королевой, в то время как все, чего я хочу, - это быть его шлюхой.
Мой член превратился в сталь. Головка вжалась в мои шорты, а давление пыталось взорвать мой бугорок.
— Поскольку твой отец не позволяет мне быть его шлюхой, - сказала мама тихим и взволнованным голосом, - ты заставишь меня стать твоей шлюхой, Марк? Ты сделаешь это ради своей матери?
Я обхватил свой член через шорты, чтобы облегчить пульсирующую в нем боль. - Да, - сказал я, сильно сжимая себя, но это только напомнило мне о том, насколько обнаженным был мой член без трусов, удерживающих его на месте.
— Что ж, - сказала мама, откладывая газету и поднимая на меня свои зеленые глаза. - Тогда тебе лучше заставить меня что-нибудь сделать, прежде чем мне придется тащить свою задницу наверх и идти на работу.
Мама повернула свой стул вправо, так, чтобы левая сторона спинки соприкасалась со столом. Она подтянула колени и ступни кверху и пододвинула свой зад к краю сиденья. Ее анус нависал над пустым пространством. Маленькая складочка между ее ягодицами привлекла мое внимание, и в глубине души я снова понял, что моя мама была анальной девственницей. Папа никогда не прикасался к своей королеве там, внизу.
Мой язык нашел мамину попку в тот момент, когда моя голова оказалась у нее между ног. Я проник в ее маленькую складочку, ощущая вкус ее ванильного лосьона и нотки соков из киски, которые стекали по ее промежности и между ягодиц.
— О-о-о, - прошипела мама, издав горловой стон, когда ее тело напряглось. - О-о, твой отец никогда бы так со мной
Она пригласила фотографа