сказала мама. - Ты же не хочешь, чтобы твой отец почувствовал на тебе запах моей киски, не так ли? - Она прикусила нижнюю губу, одарив меня долгим взглядом и улыбкой, а затем ушла, напомнив мне подростка, когда за ней закрылась дверь.
К черту, что мог учуять мой отец. Я не собирался спускаться вниз, пока он не выйдет из дома. На моем телефоне зазвонил рингтон Дженны. Я схватил его, нажал на кнопку и сказал: - Алле?
— Я больше не могу этого выносить, - сказала Дженна. - Сегодня вечером я собираюсь сделать кое-что, что либо заставит моего отца отдать меня тебе, либо заставит его направить меня к психотерапевту. Я позвоню тебе позже.
— Подожди, - сказал я. - Что? - Но я разговаривал с пустым местом.
Я уставился на свой телефон, держа большой палец на кнопке набора номера, но, зевнув, отложил телефон и посмотрел на свой член, который стоял большой, крепкий и чертовски болел. Я встал со своей кровати, голый и липкий от сока маминой киски, нашей спермы и нашего пота. Я натянул шорты и направился в свою ванную, где, выполнив свой утренний ритуал, встал под душ и позволил теплой воде смыть слой секса, покрывавший мое тело. Остатки секса растаяли, соскользнув с меня плотной, похотливой хваткой, которая напомнила мне о прошлой ночи в ярких деталях. Приведя себя в порядок, я подумал о своей болезненности и вспомнил, что спортсмены используют холод для восстановления сил, поэтому я выключил горячую воду.
— К черту все это, - сказал я после того, как на секунду отморозил свои яйца и сократил член. Я выскочил из душа, привел себя в порядок и вернулся в свою комнату.
Я надел шорты и рубашку, свободные, без трусов. Я смотрел на часы, которые показывали восемь утра, зная, что к тому времени мой отец уже ушел, если только он по какой-то причине не остался дома. Я не слышал, как открылась дверь гаража, но, с другой стороны, мой отец тоже не всегда парковался в гараже.
— О, нет, - подумала я. - Неужели мой отец сегодня остался дома? Так вот почему мама велела мне принять душ? Нет, нет, нет! Он не мог оставаться дома, когда я теперь мог заниматься сексом со своей матерью, когда захочу. Трах-трах-трах!
Я поспешил вниз с телефоном в руке и членом, мягким, как пуховая подушка. Я вышел в прихожую и повернул в сторону кухни, быстро прошел по короткому коридору и оказался на кухне, где обнаружил маму, сидящую во главе стола с завтраком, а отца нигде не было видно. Мой взгляд метался так быстро, что я даже не успел рассмотреть, во что была одета моя мама этим утром.
— В чем дело? - Спросила мама, откусывая от груши, разрезанной на четвертинки. - Ты выглядишь встревоженным.
— Папа ушел?
Мама кивнула и спросила: - Тебе нужно было что-то ему сказать?
Я покачал головой, вздыхая, и перевел взгляд на свою мать, у которой волосы были собраны в пучок на затылке, а свободные пряди свисали в вычурном беспорядке. Затем мой взгляд опустился вниз.
На ней был кремово-белый вязаный кардиган. Деревянные пуговицы были расстегнуты прямо по центру туловища. На столе, где папа завтракал, лежали пижамные штаны, рубашка, лифчик и узкие кружевные трусики-стринги. Мама сидела на стуле, повернутом к кухонному островку, а ее левая нога была на полу, правая - на сиденье, открытая и открывавшая мне вид на белокурую киску между ее бедер. В левой руке она держала газету, а правой ела груши. Ее белые зубки впивались в
Последствия кокетства