— Ты что, не понимаешь? У папы есть доказательства. У него есть фотографии и видео из вашего гостиничного номера. У него есть доказательство того, что моя мать лгунья. У него есть доказательства того, что моя мать обманщица. У него есть доказательство того, что моя мать — шлюха другого мужчины.
С гораздо большей уверенностью, чем я чувствовала, и с таким же количеством фальшивой бравады, я прошипела:
— Мы будем работать как одна семья, и мы переживем этот прискорбный инцидент.
Дочь, насмехаясь надо мной, закатила глаза и положила руку на голову, щелкнув пальцем. Тут же появился наш официант. Трейси повернулась к нему и сказала:
— Извините, но я не звала вас. Это был сигнал для другого человека.
Трейси указала на высокого и очень хорошо сложенного мужчину, который появился позади официанта. Мужчина встал над Тедом и спросил:
— Вы мистер Теодор Глисон?
— Да. — дрожащим голосом ответил Тед.
Мужчина продолжил:
— Мистер Глисон, вас обслуживают.
Бросив на стол большой жёлтый конверт, он повернулся ко мне:
— Вы миссис Джиллиан Харрингтон?
Со слезами на глазах я кивнула.
— Миссис Харрингтон, вы обслужены.
Передо мной был брошен такой же конверт.
С маниакальным смехом Трейси посмотрела на Теда и сказала ему:
— Тебе не обязательно открывать его. — она показывала на конверт. — Я расскажу тебе всё о его содержимом. ЛиЭнн разводится с твоей никчемной задницей. Она попросит в суде твоей поддержки в содержании дома до тех пор, пока ваш младший трёхлетний Пити не поступит в колледж, а также в продолжении обучения в частной католической школе каждого из ваших детей, и, конечно, алименты.
Трейси оглядела модный ресторан и продолжила:
— На твоём месте я бы смаковала каждый кусочек сегодняшнего ужина. Я подозреваю, что ты будешь есть лапшу рамен [3] большую часть следующих двух десятилетий.
У Теда потухли глаза, и он повесил голову в знак поражения, когда Трейси сказала:
— О, Тедди, детка... И это ещё не всё. Видишь ли, мой папа очень умный юрист. Кроме того, чтобы освободиться от твоей спермы, — Трейси кивнула в мою сторону, — его единственная цель — испортить твою жизнь как можно сильнее. Он нашёл способ сделать это. Папа изучил брачный договор, защищающий твою двадцатипятипроцентную долю в агентстве твоего отца. Снимаю шляпу перед вашими адвокатами. Брачный договор железный. ЛиЭнн не может прикоснуться к ней.
Улыбнувшись Теду от уха до уха, она сбросила бомбу:
— ЛиЭнн не может трогать твою долю, но мой папа может. Иски об отчуждении привязанности не признаются в Огайо, но они признаются здесь, в Северной Каролине. Поскольку ты оттолкнул от себя любовь жены ради шлюхи здесь, в старой доброй Северной Каролине, папа подал иск в Шарлотте и рассчитывает выиграть грёбаный процесс. Может быть, он позволит тебе продолжать работать дворником.
Снова обратив внимание на меня, Трейси улыбнулась.
— Ты не будешь такой же бедной, как Дерьмовое Пятно. Папа делит с тобой всё пополам. Согласно брачному договору, папа сохраняет свою долю в своей юридической фирме и дом у озера в Вермонте, который он унаследовал от дедушки и бабушки. Ты можешь сохранить свою сорокапроцентную долю в страховом агентстве дедушки. Тем не менее, ЛиЭнн подала на тебя в суд в Северной Каролине за отчуждение привязанности. Она преследует тебя за то, что ты разрушила жизни её пятерых маленьких детей... Удачи. Она тебе понадобится.
Слёзы, начавшиеся несколько минут назад, усиливались с каждым резким словом моей дочери. Комок в животе грозил вырваться наружу и покрыть покрытый белым льном стол блевотиной. То, как моя жизнь за считанные минуты превратилась из сказки в самый мрачный кошмар, оставалось
Высокая красавица и дикари. Часть первая