я предостерегающе, успокаивая ее. — У Элис довольно большая пещерка, не так ли?
— Да, — ответила Хелен с лукавой улыбкой, — у Элис она действительно большая, такая же большая, как у меня! — добавила она, покраснев и невольно дернувшись. — Я думаю, ты не причинишь ей вреда, Джек, и мне будет очень приятно видеть ее в твоих объятиях, особенно когда она впервые почувствует, что наполняется теплым любовным соком! — и ее глаза вновь заблестели, когда она стала любовно целовать меня. Потом прошептала с внезапным возбуждением:
— Джек! Я должна...
— Можно мне, дорогая? — спросил я, кивнув Хелен с любящей улыбкой и снова обнимая и крепко прижимая ее к себе.
Она вновь зашептала, на этот раз сильно покраснев:
— Дорогой, обещай лежать спокойно и позволь мне делать... все самой! — и снова я с улыбкой кивнул.
Сладострастно устроившись на мне, Хелен нежно поцеловала меня, прижалась щекой к моей щеке и, крепко обхватив меня, стала подпрыгивать на моем члене, возбуждаясь самым восхитительным образом и заставляя меня самого трепетать от восторга. Поначалу она двигалась медленно и ритмично, но вскоре нарастающее трепетание ее груди, так крепко прижатой ко мне, и прерывистое дыхание стали свидетельствовать о быстро растущем вожделении. Вскоре она уже яростно извивалась на мне, ее зад дико вздымался и дергался, когда она буйными быстрыми движениями двигалась вверх и вниз по моему твердому и необузданному члену. Вскоре блаженный кризис настиг ее — судорожная дрожь пронзила ее, и с приглушенным нечленораздельным криком Хелен восторженно выдохнула и рухнула на меня, все ее тело пульсировало, когда спазмы удовольствия объяли его.
Верный своему обещанию, я лежал совершенно неподвижно, но мне пришлось напрячь все силы, чтобы не присоединиться к ней и не кончить, и пока она лежала на мне, я постепенно полностью овладел собой. Потом я прошептал ей на ухо:
— Давай еще раз, дорогая!
Хелен мгновенно очнулась от полубессознательного состояния и вскоре снова яростно набросилась на меня, яростно извиваясь и бросаясь на мой член в диком эротическом возбуждении. Она кончила второй раз, блаженно и сладострастно трепеща в моих руках в муках своего экстаза, и снова я позволил ей спокойно полежать, пока она не пришла в себя, а после прошептал:
— А сейчас, дорогая, мы кончим вместе!
Как будто воодушевленная осознанием того, что ее возбужденная норка вот-вот получит блаженное извержение, Хелен крепче, чем когда-либо, прижала меня к себе, страстно поцеловала и принялась меня трахать (я действительно не могу описать ее движения более точно). Ей не потребовалось много времени, чтобы сломить мою защиту — я же был добровольной жертвой. Длинными яростными толчками своего дико возбужденного зада она двигалась вверх и вниз по моему, теперь уже неистовствующему, члену, а затем, когда моя невольная и неконтролируемая дрожь подсказала ей, что она преодолела мое упрямое сопротивление,
она безумно разошлась на мне ураганом диких рывков и изгибаний, к которым я присоединился своими бешенными толчкам вверх, пока, будучи уже не в силах сдерживаться, не начал выплескивать в Хелен бурлящий любовный сок, — ровно в тот момент, когда она в третий раз уступила природе и погрузилась в восхитительный восторг. О, Боже! Как я изливался в нее — и как восторженно Хелен принимала поток горячей спермы, которую я неистово изливал в нее. После мы оба упали и лежали неподвижно, обессиленно прижавшись друг к другу.
Сколько мы так пролежали, я не знаю. Я пришел в себя первым. Хелен лежала на мне, обмякшая и безжизненная, ее голова покоилась на моем плече — она была в обмороке от неистовства своих эякуляций
Настя-Фантазия Ч.1. Бесконечный вечер