трех литров выпитого чая, она проводила меня до входа в общагу и попросила заходить почаще.
На улице было уже достаточно темно и я поехал домой. Точнее в квартиру матери. Я был уверен, что она в это время уже дома, однако приедет ли отец после нашей встречи я не был уверен. Да, план у меня был четкий и действовал я, стараясь опираться на него, но, как известно, не все идет так, как задумывалось изначально. Да, моей словесной потасовки с отцом в моем плане не наблюдалось, как и того, что я уйду из собственного дома, но, видя что мать, что отца, меня накрывало первобытным бешенством. В любом случае сейчас я не хотел пытаться мирить их и воссоединять свою семью, потому что больше меня это не волновало. Мне пришлось напрашиваться к посторонней женщине, идти на контакт с отбитой мразью и... Кое что еще, о чем вам, пожалуй, пока знать не обязательно. И во всем этом виноваты и они тоже, так что...
Ключи были у меня с собой, но все же я решил постучаться. Вскоре дверь открыла мама и только одного взгляда на ее глаза хватило понять, что она проплакала всю ночь и, возможно, день тоже.
— Ты же сказал, что видеть меня не хочешь, — сказала она без какого либо эмоционального окраса.
— Не хочу, — ответил я так же холодно и протиснулся в квартиру, — но, пока, приходится.
Разувшись, я зашел на кухню, сел за стол и достал телефон из кармана. Мама же зашла следом, упала плечом на дверной косяк и сложила руки на груди, сверля меня взглядом.
— Отец не приходил? — спросил я, желая разрядить это гнетущее молчание.
— Нет, с чего бы? — пожала она плечами.
— С того, что я позвал. Есть разговор до вас двоих.
— Мне не о чем с ним разговаривать.
— А тебя и не спрашивал, — резко ответил я. — Будете ли вы разговаривать друг с другом мне плевать.
— Так, все, хватит! — резко сорвалась она и указала на дверь. — С таким отношением...
И тут прозвенел звонок. Мама глянула на меня, не скрывая злости и пошла открывать дверь.
— Привет, — услышал я голос отца. — Сын дома?
— Заходи, — ответила мама.
Вскоре отец появился на кухне, за ним зашла мама и, видя нас всех собравшихся сейчас, мне стало невероятно тоскливо. Почему то сразу вспомнил все те дни, когда я просыпался по утрам в наш уже размеренный график и мы, после всех приготовлений, собирались в этом самом месте всей семьей. Тогда я не придавал этому значения, а иногда и раздражался по всяким мелочам, а сейчас... Сейчас меня накрыло грустью от того, что больше я, видимо, этого никогда не увижу.
Тем временем отец прошел и сел за свое место у стола, а мама, прождав пару секунд, залезла в холодильник, достала бутылку вина, бокал из ящика и наполнила его до краев.
— Ты же не пьешь, — нахмурился отец.
— Ага, — ответила мама и за раз осушила половину бокала. — Это ты не хотел изменений, Саш. А теперь тебя нет, так что могу делать что хочу.
— Уже наделала, — усмехнулся я и мама тут же опустила глаза.
Отец бегал взглядом от меня до матери и обратно, после чего, наконец, спросил:
— Что наделала? Что происходит вообще?
— А тебе что, внезапно не плевать на свою семью? — снова начала напирать на него мать. — Зачем ты вообще сюда заявился? Разве тебя не ждет в машине очередная студентка?
Сокрушитель