Сказала она это с таким каменным выражением ебальника, будто только что играла в глядельки с Горгоной.
— Вы не любите цветы?
— С чего ты взял?
— С вашего сияющего от счастья выражения лица, — пожал я плечами. — Ну хоть улыбнитесь.
— Ох-х, у меня был идиотский день, — громко вздохнув, сказала она, положив ладонь себе на лоб. — Кстати у меня для тебя тоже кое что есть.
Она залезла в карман и, достав маленький ключик, положила его передо мной на стол.
— Держи. Ключ от квартиры.
Я взял его со стола, покрутил перед собой и, увидев ее недоумевающее выражение лица, сказал:
— Думал в этом моменте будет больше праздничного настроя. Ну, например, хлопушки, шампанское...
Два здоровых амбала закатывают огромный торт, останавливают его передо мной, вокруг взрываются хлопушки и с потолка падают конфети. Все приглашенные гости прыгают от счастья, Рустам заблеванный лежит вон в том дальнем углу квартиры и тут торт открывается, из него выскакиваешь ты в черном, сексуальном белье, держа этот маленький ключик в зубах. Вся публика визжит от восторга, а у парней уже встает только от вида твоего горячего тела. Ты спускаешься с торта ко мне, обхватываешь мою шею обеими руками и вкладываешь этот ключ мне в рот, а наши губы соприкасаются...
— Может мне еще из торта выпрыгнуть? — спросила она, грубо вырвав меня из этой фантазии.
Блядь, она реально мысли читает. Простите, Инна Федоровна, это все подростковые гормоны и вообще... Не выкидывайте из окна. Пабрацки.
Тем временем она взяла коробку конфет и удалилась в свою комнату, однако на этот раз оставила дверь открытой. Подойдя к двери, я увидел все такую же стильную, как и остальная квартира, спальню с огромной кроватью и телевизором напротив, висящем на стене. На экране показывали какую то муть. А точнее сериал, который я впервые вообще вижу. Да, муть — это прям ТО слово.
— Просто коротаю время, — объяснилась она, увидев мое недоумение на лице и принялась срывать пленку с коробки. — Присоединяйся.
Я подошел и хотел аккуратненько присесть на кровать, как вдруг:
— Нет! Не туда.
И, открыв коробку конфет, она пропала за кроватью. Я обошел ее и увидел, что директриса сидит на полу перед телевизором с подносом, на котором стояла бутылка красного вина, бокал, а теперь еще и открытая коробка конфет. Я присел с другой стороны и нас разделил тот самый поднос.
— Ты ездил к Ангелине? — спросила она, закинув в рот одну конфету и, увидев мой кивок, раскусила конфету, резко показав свое блаженство на лице. — Мм-м, обожаю такие. Как ты узнал?
— Если честно, просто повезло угадать, — ответил я. — Да, съездил. Узнал кое что... Меня еще тогда не было в школе. Можете рассказать об одном случае?
— Каком?
— Парень с фамилией Чич.
— Ах, это, — вздохнула она, выбирая следующую конфету. — Да, был у нас такой, — запнулась она, явно подбирая цензурное слово, — ученик, с позволения сказать. Та еще заноза.
— Ангелина сказала, что его избил парень по фамилии Нечаев.
— Ага, — кивнула директриса, закусывая очередную конфету. — Все так думали.
— А Вы?
— А я не такая дура, видимо, — пожала она плечами. — Сам посуди, Чич был призером многих соревнований по борьбе, а Нечаев... Да, он крупненький мальчишка, но уж совсем Чичу не ровня.
— Ну они же не на ринге сцепились...
— Да, знаю, — кивнула Инна Федоровна, не отлипая от сериала и конфет. — Вот только Нечаеву тоже досталось. Он с синяками сидел. Значит Чич отбивался, а если отбивался...
Нитка бус