— Катенька, хватит уже разговоров, - спокойным тоном перебила Вероника тетю Катю. – Артемида уже закончила с сапогами, так что, думаю, самое время узнать насколько он хорошо справляется с письками.
— Да, госпожа, извините меня, просто я так разозлилась на этих маленьких мерзавцев, что...
— Артемида, ты когда-нибудь лизала пизденки? – спросила меня Вероника.
— Нет, - честно признался я.
Через секунду вторая женщина схватила меня за яйца и крепко их сжала. Я закричал от боли, а она прошипела мне в ухо, брызжа слюной от негодования:
— Моя госпожа! Ты, вонючий ублюдок, должен обращаться к госпоже Веронике «моя госпожа»!
— Моя госпожа! – тут же я закричал, понимая, что иначе мне не избавить мои бедные яички от захвата, - Я никогда не лизал пизденки!
Пальцы тети Кати разжались, и я заплакал, не сдержав эмоции. Женщины на мои слезы не обратили никакого внимания. Вероника взяла смартфон, и я на секунду испугался, что сейчас она начнет делать компрометирующие меня фото и видео. Но она лишь открыла приложение-таймер и, отложив телефон, поднялась с кровати, встав прямо передо мной.
— Артемида, сними с меня трусики.
— Да, моя госпожа, - памятуя о боли в яйцах, ответил я и поспешно протянул руки.
Как оказалось, тетя Катя за моей спиной времени зря не теряла и вооружилась короткой плетью. И в тот момент, когда я потянулся, чтобы выполнить приказ госпожи, Лешкина мать сильно огрела меня по рукам, оставив на коже ярко-красные полосы.
Я вскрикнул и отдернул ушибленные руки, а тетя Катя закричала:
— Не смей прикасаться к госпоже своими грязными руками, псина! Ты, Артемида, всего лишь тупая сука, и, как каждая собака, можешь орудовать только ртом. Понятно?
— Понятно-понятно, теть Кать! – тут же быстро закивал я, растирая ушибленные места, и, спохватившись, добавил, - То есть, госпожа Екатерина.
На этот раз удар прилетел со стороны Вероники. Всего лишь легонько двинув коленочкой вперед, женщина больно попала мне в нос, отчего я снова заорал и зарыдал еще сильнее.
— Ты, что, псина, простую блядь от госпожи отличить не можешь? – спокойно спросила Вероника.
Я уже чуть ли не бился в истерике и едва-едва мог сохранять остатки самообладания, а потому мне удалось сказать:
— Простите, моя госпожа, я случайно! Я так больше не буду, госпожа!
Я совершенно запутался в сложившейся иерархии, но хорошо уяснил одну вещь: Верника была на самом верху, а я – на самом низу. Так что я решил, что отныне буду говорить только с ней. По крайней мере, пока не пойму, как обращаться к тете Кате.
— На первый раз прощаю, но впредь не рекомендую допускать подобных ошибок, - спокойно сказала хозяйка. – А теперь успокойся и сними с меня трусики.
На этот раз я потянулся к Веронике лицом. Как оказалось, подцепить трусики зубами без помощи рук не так-то просто. Может, мешал нос, которым я опасался слишком сильно прижиматься к телу женщины из-за ноющей боли, а, может, я просто слишком неуклюжий.
К счастью, я все-таки справился с поставленной задачей, причем до того, как моя неопытность начала раздражать женщин. Когда я спустил эротичный элемент белья до щиколоток, Вероника элегантно вышла из трусиков и присела на самый край кровати.
Затем женщина широко раздвинула ноги, и я увидел перед собой шикарную женскую киску. Гладкие половые губы были покрыты блестящей смазкой, и я догадался, что мои боль и унижения разжигали похоть в теле извращенной мажорки.
До этого момента я мечтал вылизать вылизать промежность тети Кати, и я думал, что
Новая жизнь (2 часть)