или нет, что ты отклонилась от своих планов. Я не могу сказать, что рад узнать о том, что вы с братом сделали, но не могу сказать, что был бы счастливее, если бы это продолжалось дольше.
Я встал и посмотрел на нее сверху вниз. Она посмотрела на меня с сомнением и недоумением.
— Я предлагаю вам принять душ, юная леди, а я пойду поговорю с вашим братом. И я думаю, само собой разумеется, что, начиная с этого момента, ты под домашним арестом. И, честно говоря, быть наказанным может быть только началом вашего наказания.
Она мрачно кивнула.
— Папа, что ты собираешься сказать Дэвиду?
— Дэвид другой, - честно призналась я, - он парень, и поэтому будет реагировать на все по-другому. С ним я, вероятно, пропущу вопросы и ответы и просто перейду к делу.
Сью снова пристыженно посмотрела на свои ноги.
— Ну... хотя мы и были добровольными участниками, папа, он действительно вроде как невиновен во всем этом. Это была не его идея. И он сделал это только для того, чтобы сделать меня счастливой, как бы извращенно это ни звучало. Я знаю, что прошу тебя о многом, учитывая сложившуюся ситуацию, но..... пожалуйста, будь с ним помягче. - затем она серьезно посмотрела на меня, - он ужасно волновался, что вы узнаете и мы причиним вам боль. Я был тем, кто убедил его, что мы можем скрыть это от вас. Будь с ним справедливым. Все-таки его роль была больше похожа на роль пешки.
Я положил руку ей на плечо.
— Даже у пешек в игре случаются серьезные роли, - сказал я, проводя аналогию, - но я подумаю над твоей просьбой. Но я не могу говорить за твою маму. И лично я думаю, что он гораздо более виновен в этом, чем ты готова признать. Но я уже пообещала ему, что не причиню ему вреда, по крайней мере намеренно. И, как и в случае с клятвами, которые я дал твоей матери, я полностью намерен сдержать это обещание. Договорились?
Немного успокоившись, она кивнула и встала. Она обняла меня, и я ответил ей тем же. Мы обнялись на несколько долгих секунд, и она снова зарыдала у меня на плече. Наконец она прошептала мне на ухо:
— Я очень, очень сожалею.
Мы расстались, и я держал ее на расстоянии вытянутой руки.
— Я знаю, Сьюзен. Я знаю. А теперь иди прими душ.
Я нежно поцеловал ее в лоб и оставил одну...
Когда я вернулся в комнату Дэвида, то обрадовался тому, что он не выбрал для себя трусливый вариант. Сын сидел на кровати, одетый в голубые джинсы и белую футболку. Окно комнаты, как я и просил, было открыто для проветривания.
— Привет, сынок, - сказал я.
— Привет, папа. Наверное, мне пора собирать вещи, а?
Я занял место рядом с ним на кровати.
— А ты этого хочешь? Хочешь уехать?
— Нет. Не хочу. Я просто не могу думать ни о чем другом, - сказал он упавшим голосом, - это все моя вина.
Я посмотрел на него с удивлением.
— Твоя сестра говорила то же самое о себе, хотя и не так кратко. Судя по тому, как она говорит, она соблазнила тебя.
Мой сын равнодушно пожал плечами.
— Да, это была ее идея. Но у меня все еще был выбор. Как старший брат, я должен был сказать "нет". Так что это моя вина.
— Чушь собачья, - спокойно сказал я, - ты же знаешь, что говорят о танго.
Ульяна