я, - полагаю, я смогу оценить это только, когда узнаю больше.
Я снова посмотрел на нее.
— Я сказал Дэвиду, чтобы он подождал меня в своей комнате, что я люблю его и что хочу получить ответы, прежде чем принимать какие-либо решения о том, что делать с всем этим. Я также спросил его, доверяет ли он мне. Он сказал, что доверяет. Я надеюсь, что он дождется сейчас меня и не убежит. Что бы ни случилось, ты можешь пообещать мне, что не убежишь? От нас, твоей мамы и меня? Прямо сейчас я не знаю, что с этим делать. Я не знаю, то ли я расстроен, то ли зол, то ли еще что. Но я знаю, что все еще люблю вас обоих и не хочу, чтобы вы боялись ни меня, ни своей матери.
Сьюзен сделала глубокий успокаивающий вдох, прежде чем ответить мне.
— Я не могу обещать, что мы не убежим, - честно сказала она, - но я обещаю, что никогда не забуду, что ты любишь меня.
Она помолчала, а потом добавила:
— Мы никогда не собирались причинять тебе боль.
Ее нижняя губа снова задрожала, чтобы подавить очередной всхлип, но она все еще не сводила с меня глаз.
— Я не хочу терять твою любовь, папа. Пожалуйста, не надо меня ненавидеть!
Мне потребовалось в этот момент все мое самообладание, но я как-то справился. Как бы мне ни было неприятно видеть свою дочь, которую я горячо любил, страдающей или боящейся, что я могу лишить ее своей любви, она сделала свой выбор - выбор, который должен был бы сделать взрослый человек, - и ей придется сделать его самостоятельно.
— Я не ненавижу тебя, котенок. Я всегда, всегда буду любить тебя, - сказала я сдержанным тоном, а сейчас... мне нужно кое-что узнать.
Она вздохнула с облегчением, услышав, что я не испытываю к ней ненависти. Сью внутренне собралась, а затем села, выпрямилась
— Хорошо. Я готова ответить на любые твои вопросы, - сказала она.
— Прежде всего, вы предохраняетесь?
— Да. Я не хочу забеременеть. Я уже год принимаю противозачаточные средства.
Она помолчала, увидев удивление на моем лице, а затем добавила:
— Разве мама тебе не сказала об этом?
Я отрицательно покачал головой.
— Нет, не говорила. Но я рад это слышать. Второй вопрос... изменились ли эмоциональные отношения между вами и вашим братом? Вы... влюблены друг в друга?
Я внутренне напрягся, боясь, что ответ будет утвердительным. Это сильно осложнило бы дело.
— Нет, этого нет, - ответила она решительно, с готовностью, и я почувствовал, как облегченно вздохнул. - Мы любим друг друга, конечно, но то, что мы делали, было... чисто физической стороной отношений. Просто секс, - кривая усмешка скользнула по ее губам, - мы все еще ссоримся, как брат и сестра. Потому что мой старший братик все еще иногда ведет себя как полный дурак. Мы не собираемся убегать и скрываться или что-то в этом роде. Дело не в этом.
— О`кей. Тогда в чем же дело?
Моя дочь задумалась на несколько долгих секунд, а затем, наконец, пожала плечами.
— Секс. Я думаю, Дейв не получал его с тех пор, как начал работать. Слишком занятый. И хотя я знаю, что у меня, вероятно, может быть любой парень в школе, большинство из них просто идиоты. Дэйв - мой брат. Мы знаем друг друга всю жизнь. С ним я чувствую себя в безопасности. Даже когда он ведет себя как придурок, я знаю, что он не причинит мне вреда. До тех пор, пока другие парни моего возраста не поумнеют, я бы предпочла просто не
Превращение