Она сосала мой член! Как-то не смело и даже не умело можно сказать, но чертовски старательно, что называется со всей душой к делу, неподражаемо нежно, стараясь доставить мне, как можно больше удовольствия.
Я жадно смотрел, как дрожат от движений мерно поднимающейся и опускающейся на мой член её головы, мамины великолепные груди, в то время как она сама работает своими яркими сочными губами, насаживаясь на член. Я наслаждался каждым мигом происходящего.
Под мягкими и нежными губами, я быстро взлетел едва не до самого пика и уже еле сдерживался, чтобы не кончить.
Теперь положив руки на мамину голову, я принялся давить на её затылок, стараясь поглубже насадить её на свой кол. И потом так замирал, с её головой, глубоко насаженной на член, чувствуя, как бьётся моё сердце. Пару раз она мотала головой, не в силах справиться с моей елдой глубоко у себя в горле, постанывала, пытаясь высвободиться, но я немилосердно продолжал крепко держать её за голову, с силой впихивая свою булаву глубже ей в рот.
Я долго вот так трахал её в рот, медленными и размеренными толчками на всю длину своего члена. Мама уже работала ртом как автомат, впуская и выпуская с чмокающим звуком из себя мой член, трогательно стремясь доставить мне наибольшее удовольствие.
Несколько раз я тянул её за волосы, снимал её рот со своего члена, чтобы посмотреть ей в глаза, не сильно шлёпал её ладонью по щеке, тянул к себе и со смаком целовал её в губы долгими поцелуями. И, конечно, снова возвращал маму на член, наслаждаясь видом, как её губы растягиваются, когда в ее рот входит моя возбуждённая залупа.
Её покорность безумно заводила меня. У меня не так уж и много было в жизни женщин так безропотно и послушно готовых отдать себя в постели моим капризам и желаниям.
Чувствуя, что нахожусь уже на самой грани, я изо всей силы вогнал член в покорный женский рот, напрягся и выстрелил в горло матери мощную струю горячего семени.
Бедная мама давилась, но покорно глотала, зажатая в моих сильных руках.
Я долго изливался в её рот, прижимая её лицо к своим бёдрам, пока не истощился досуха. Но и потом, всё - равно, не отпустил из плена своих рук мамину голову, продолжая оставаться в ней и наслаждаясь ощущением теплоты ее рта.
Это было потрясающие, ни с чем несравнимые ощущения.
******
Я по - хозяйски ладонью мял мамину грудь, пока сама мама стояла передо мной голая и тщательно намыливала мою грудь и живот большой мочалкой. Мой возбуждённый член снова упёрся ей в бедро и она опять густо покраснела. Я наблюдал, как её лицо, шея и даже грудь медленно заливается румянцем.
Дело было уже вечером. Моя банька, пристроенная к дому, была жарко истоплена. Маленькое помещение было заполнено густыми клубами жаркого пара.
Мама, конечно, всеми силами пыталась не обращать внимания на мою эрекцию. Хотя, учитывая размеры, как раз - таки не обращать на это внимание было невозможно.
Ещё в предбаннике, когда мы с матерью раздевались, мой член уже начал оживать и наливаться кровью. А в бане, при виде голенькой матери, склонившейся с ковшиком над печкой мой член мгновенно одеревенел.
Вдруг мама остановилась и подняла голову, посмотрев мне прямо в глаза:
- Игорь, тебе, как будто доставляет удовольствие обращаться со мной именно так? - её глаза даже потемнели.
Я нежно погладил её по щеке:
- Как мам?
Она потупилась:
- Ну, ты всегда был со мной очень внимателен, нежен и почтителен.. А теперь.. Ты прямо груб со мной.. Ну, когда мы наедине.. Я чувствую себя, прям какой-то
Сеновал.