склоняюсь к тому, чтобы надрать тебе задницу", - сказала она, заставляя мою губу дрожать. "Но я же сказала, что дам тебе выбор. Так что ты можешь либо принять свое наказание, либо поцеловать мне ноги и извиниться".
"Я поцелую тебе ноги!" - тут же ответила я. Я бы согласилась на что угодно, лишь бы избежать побоев.
Она хихикнула, наверное, зная, что я выберу, еще до того, как предложила. "Тогда встань на колени".
Я соскользнула с табуретки и отодвинула ее в сторону. Встав на колени, я обнаружила, что смотрю на Синтию снизу вверх, между ее болтающимися ногами. Она слегка приподняла одну ногу и повернула ее так, чтобы свод стопы был обращен ко мне. Я точно знала, что делать. С надеждой глядя на нее снизу вверх, я прижала губы к ее своду стопы и нежно поцеловала. В момент соприкосновения Синтия свысока посмотрела на меня. Я ожидала смеха или словесных оскорблений, но вместо этого она, казалось, наслаждалась моим самоуничижением. Она предложила мне другую ногу, и я совершила еще один символический поцелуй благоговения.
Если это была цена, которую нужно было заплатить, чтобы избежать побоев от Синтии, я с радостью ее заплатила. Я почувствовала прилив крови к щекам, когда осознала всю абсурдность и унизительность того, что сделала. Вот я целую ноги младшей сестры своего парня, чтобы она меня не обидела. Я была старше ее почти на десять лет, но все равно оказалась в таком положении. Стыд стал неотъемлемой частью моей жизни. Я произнесла слова, которые, как я молилась, спасут меня. "Прости, что сказала, что ты должна уехать, Синтия".
Синтия спрыгнула с барной стойки и прижала подошву своей ноги к моему лицу, лишив меня равновесия. Я упала на бок и растянулась на холодном кафельном полу. "Ты жалкая", - сказала она, прижав мою щеку к полу босой ногой. Краем глаза я смогла разглядеть, что она показывает мне фак обоими руками. "Я должна рассказать брату, какая ты тряпка. Думаешь, он все еще захочет встречаться с тобой, узнав, что ты целуешь ноги его сестры по ее требованию?"
Прежде чем я успела ответить, она еще раз толкнула меня ногой в щеку, затем повернулась в сторону гостиной и оставила меня лежать на полу кухни. Я просто неподвижно лежала в стыде с закрытыми глазами; мне хотелось, чтобы земля разверзлась и поглотила меня. Я думала, что с унижениями покончено, но она окликнула меня из гостиной и позвала к себе. Я вяло поднялась на четвереньки и подползла к ней. Я чувствовала себя физически и эмоционально истощенной ее играми.
Синтия сидела прямо, прислонившись к спинке кресла. Ее поза была почти королевской. Ее руки уверенно лежали на подлокотниках. Вся ее манера держаться была расслабленной и непринужденной, вплоть до скрещенных лодыжек на выдвижной подставке для ног. "Иди сюда", - сказала она. Она поманила меня пальцем.
Я подошла и встала на колени рядом с креслом. "Ты... ты ведь не расскажешь Джеффу обо всем этом, правда?" - робко спросила я. Мысль о том, что Джефф узнает о том, что Синтия заставила меня сделать, была невыносима. Массаж ног я могла бы выдать за заботу. Инцидент с подставкой для ног был сложным, но я могла бы сказать, что просто дурачилась. Сосание носка и нюханье тапочка? Для этого не было никакого объяснения. Конечно, я могла бы попытаться все отрицать, но Синтия быстро сломила бы меня перед своим братом. Я была слабой, дрожащей развалиной, когда она утверждала свое превосходство.
"Умоляй меня не говорить ему". Она скрестила руки на груди. На ее лице было
моя девочкв