Сначала я решил, что смогу перебороть свой страх, если посмотрю ему прямо в лицо. Но глядя из-под столешницы, я увидел лишь презрительный взгляд этой лицеистки. Она смотрела на меня с самодовольной усмешкой. Я в этот момент говорил ей, чтобы она проверила работу педали. Но вместо этого она просто закинула ляжки мне на плечи и начала хихикать. Когда одноклассницы поинтересовались, чего она ржёт, то она подозвала их к себе посмотреть. И вот в этот момент я понял, что нахожусь в унизительном для учителя положении.
— Вы попытались раздвинуть её бёдра и как-то сохранить лицо?
— Она закинули ноги мне на спину и начала слегка сжимать мою голову бёдрами. Я попытался их разжать руками, но не смог. Пока я пытался, другие лицеистки уже сбежались со всех сторон и увидели меня в таком положении.
— И какова же была их реакция?
— Они начали подбадривать Лену, говорить, что она молодец, потому что поймала ляжками трудовика. Кто-то из них предложил ей накрыть мою голову юбочкой, чтобы я бубнил прямо ей в пизду.
— Она душила вас?
— Нет, она поигрывала мышцами бёдер, как бы намекая, на свою силу. А потом дверь в кабинет открылась, и вошла завуч. Лицеистки тут же расселись по местам, а Лена мигом вскочила со стула, чтобы я смог наконец вылезти из-под стола.
— И как же завуч отреагировала на то, что вы были под столом, за которым сидела ученица?
— Никак. Она в курсе, что новые учебные швейные машины нужно всё время перезагружать, а потом проверять плавность хода нажатием педали. Её интересует только отчётность, а в другие дела она и не вникает.
— А кроме этого случая были ещё попытки со стороны лицеисток унизить вас бёдрами.
— Ну конечно же. Я бы не пришёл сюда, и не было бы у меня никакой фобии. Как-то мне выдали сменное задание на ремонт дверок в шкафчиках. Они в женской раздевалке при спортзалах. Нужно было заменить петли, ручки, замки, выдать новые ключи и т.д. Я думал, что успею до перерыва. Но прозвенел звонок, и толпа разгорячённых и вспотевших лицеисток вломилась в раздевалку.
— Они смутились, увидев вас?
— Поначалу да. И я даже попытался начать собирать инструменты и новые комплектующие, чтобы выйти. Ведь не могут же они переодеваться в моём присутствии. Но я ошибался. Оказалось, что могут. Пока я собирал всё своё барахло в коробку, они уже разделись и начали по очереди ходить в душевые кабинки. Другие ждали, пока те примут душ. Причём ждали они голышом, не стесняясь меня. Я попытался делать вид, что не смотрю на них. Но эти обнаглевшие юные особы начали обступать меня. Они принялись с ехидной ухмылкой успокаивать меня, что не нужно никуда уходить. Чтобы я продолжал ремонтировать дверки шкафов, и что это они сейчас уйдут. А сами подходили всё ближе и ближе.
— Вы почувствовали страх в тот момент?
— Я чувствовал исходящий от них запах. Одна из них широко расставила ноги и раздвинула пальцами внешние половые губы. Они были у неё довольно пухлыми. А потом я увидел оголяющийся клитор. Она спросила, не хочу ли я сделать ей приятно язычком? Я сглотнул слюну и отрицательно помотал головой. Её подружка одёрнула наглую лицеистку и сказала ей, что, мол, от неё разит, как от загнанной лошади. И что не один мужик не стал бы лизать потную и вонючую пизду.
— Вы сидели или стояли в этот момент?
— Я собирал инструменты в коробку, стоя на коленях. У меня есть наколенники. Так удобнее работать.
Бабам дурам посвящается...