Нет. Я не хотел их провоцировать. Их было четверо. И они подошли вплотную ко мне. Я наоборот сел ещё пониже. А потом из душевой вышла лицеистка и сказала, что там из лейки вода хлещет, и чтобы я посмотрел, раз уж у меня инструменты под рукой. Сантехнику тоже я чинил по мелочи. Так руководство экономило на вызове водопроводчиков. Эти наглые девицы расступились, как бы давая мне пройти. Я взял некоторые инструменты и пошёл в душевую. Там на дне поддона валялась душевая лейка. Из подводки хлестала вода. Я присел на корточки, чтобы начать чинить, и разложил инструменты на полу. И тут вдруг сзади прямо мне на плечи уселась голая лицеистка. Я видел только её мокрые ноги перед собой. Она обхватила бёдрами мою голову.
— Вы попытались сказать ей, что такое поведение со стороны ученицы в адрес учителя недопустимо?
— Я начал возмущаться, требовал, чтобы она немедленно слезла с меня и не мешала мне работать. А она продолжала сжимать ляжками мне голову и тереться об меня, как будто она наездница, а я лошадка. А когда я попытался разжать её бёдра, она пригрозила мне. Она сказала, что заткнёт мне рот свой пиздой и заставит всё проглотить. Я тогда и не понял, что именно мне придётся глотать. Может её смазку, а может и мочу. Я подумал, что будет правильнее переждать и потерпеть, пока она насладится моим унижением и сама слезет.
— Долго ждали?
— Несколько минут она использовала меня как лошадку. Я очень боялся, что она перестанет себя контролировать и свернёт мне шею своими ляжками. Но она просто сжимала мою голову бёдрами. Причём не сильно. И всё время натирала мне затылок своей промежностью. Потом она слезла с меня, а в следующий миг на поддон душевой полетел красного цвета тампон. И только тогда я понял, чем именно она угрожала мне. Она имела в виду, что я буду глотать её месячные.
— Довольно странно, что девушке захотелось вдруг кончить во время месячных.
— Когда я закончил ремонт подводки, то попытался скорее покинуть и душевую, и раздевалку. На выходе меня поджидали две лицеистки. Они уже помылись и переоделись в учебную форму. От них приятно пахло, но на их ногах не было колготок. И как потом выяснилось, не было и трусиков.
— Как вы это поняли?
— Они просто задрали юбочки и выпятили вперёд свои письки. Обе начали мять половые губки, раздвигали их, вставляли во влагалище пальцы и оголяли клиторы. Они сказали, что если я не отлижу им обеим, то они пустят в ход свои бёдра, и тогда мне придётся умолять о пощаде, уткнувшись лицом в их пёзды. Я посмотрел на их ножки, они были довольно длинными для их роста. А их бёдра были весьма развитыми. Но вот так просто взять и присесть перед ними, чтобы доставить им удовольствие языком, я был не готов.
— Вы пробовали дать им физический отпор?
— Одна из девушек, Юля, раньше занималась гимнастикой. Она на физре может пройти несколько метров на руках, садится на шпагат, лезет по канату до потолка. А ещё как-то мне рассказывали, что она зажала между ног баскетбольный мяч и начала сдавливать его бёдрами. Сначала он приобрёл форму эллипса, а потом на нём выскочила грыжа. Она его так около минуты сжимала. Очевидцы даже в сторону отошли, чтобы их куском резины не зацепило, если вдруг мяч лопнет.
— В общем, взять обеих за уши и отвести их к директору, вы так и не решились?
Михаэлла. часть вторая