— О блин, всё теряюсь, - и я зашёл в комнатку девушки. Поставил чёрный снаряд магнитофона на подоконник, шнур дотянулся до удлинителя на столике. Нажал «пуск» и сел на закинутый пледом, расправленный диван. Забежала Маша, - о, здорово, там и будет стоять, - сказала она, схватила с кресла халатик, выскочила за дверь.
Помылись и покушали, вышли на балкон покурить. Жаркий августовский день был в самом разгаре. Маша поставила банку с окурками на уличный табурет. Закурила свою тонкую сигаретку. Я тоже прикурил, взглянул в импровизированную пепельницу.
— У тебя мама курит?
— Нет, - Маша посмотрела на банку. – Это я курю такие. Не всегда же на тонкие деньги есть.
— Да ладно Маш, мы уже всё обсудили.
— Я лучше брошу, чем снова буду эти курить. Вот честно.
— Чем займёмся? Может в кино? Скоро мама придёт?
— Давай в кино. А что там показывают?
— С Шварцем идёт боевик.
— А кто это?
— Это как Чапаев, только американский.
— Идём смотреть Чапаева! Я переоденусь, другое бельё одену, белое с кружевами.
— Оно вроде всё с кружевами.
— Там прозрачно тут и тут, через кружева.
— Ну точно, как пёрышко.
— А может мы это?
— Маш я не хочу спешить. Давай вечером.
— Точно, вдруг мама раньше. Но комплект я покажу, выдержишь?
— Буду стараться, - сказал я и мы ушли с балкона в большую комнату.
Маша вышла из комнаты. Скрипнул дверью её шкаф. Я стоял посередине комнаты, ждал показ белья.
— Дим, а почему Чапаев?
— Вспомнилось просто.
— Ты про старое кино?
— Да, чёрно-белое, - мы продолжали перекрикиваться из разных комнат.
— И что там?
— Он картошку из котелка рассыплет на стол, и сидит думает, усы крутит.
— И что думает? Как её обратно в котелок собрать?
— Как врагов ловчее победить.
— Я бы из пулемёта. Тра-та-та! Пойдут клочки по закоулочкам. Жаль, что он утонул в конце.
— Он переплыл. Взял Аньку, Петьку и в Монголию рванул на тачанке.
— О, уже анекдоты пошли. Почему в Монголию?
— Степь, кони, свобода.
Я присел на диван в маминой комнате, Мария включила музыку громче, и снова зазвучала уже знакомая «Happy Nation». Девушка выглянула из дверного проёма, спряталась обратно. Затем показалась её спортивная попа в новых трусиках. И вновь, играя, девушка спрятала попку. Вышагнула вся, и подражая моделям, прошла до балконной двери и обратно, в центр комнаты. Ловя ритм, она наклонялась и гладила себя по ногам. По кружеву трусиков и лифчика. Запустила пальчики к кудряшкам на лобке, погладила себя там, лизнула пальчик. Приложила его к моим губам.
— Ну как я? Вкусная?
— Сама же знаешь, очень круто!
— Ага, никогда такого белья не носила. Мама офигеет когда увидит. Ну что, ты готов?
— Конечно готов, после такого танца!
— Я про кино Дима.
— И в кино готов. Вижу, что тебе хочется прогуляться.
— Ой вообще, я быстро.
Через 5 минут она позвала из коридора, - Дим, иди сюда.
Я вышел к ней, - Слушай, а может мне хвостик распустить вот так? - и Мария сдёрнула с волос резинку, тряхнула головой.
— Мне очень нравится твой хвостик, вверх такой, на гимнастку похожа, - ответил я.
— Я и была гимнасткой, пока сюда не переехали. Ездить далеко было туда, маме некогда.
— Я и смотрю с какой грацией всё вытворяешь, - ответил я, наблюдая как девушка подкрашивается перед выходом на улицу.
— Правда?
— Вообще, у тебя так, всё одно из другого, гармонично.
Сказ о том как наивных компьютерщиков делают