Тихий свист обрывается хрустом раздробленной кости и лучник, безвольно пустив стрелу в небо, падает навзничь с разбитой головой - пест от ступки своротил ему челюсть набок, превратив её в мешок рубленного мяса.
— Чё?.. - Ольм оказался бывалым и среагировал мгновенно, но слишком поздно. Я, подхватив ладонью тяжелую дубовую столешницу, опрокидываю её в нападавших. Двое сбиты с ног. Они живы, но время потратят что бы выбраться из под массивной преграды.
Дороти, встав на дыбы, пинает в грудь копытами одного из замешкавшихся копейщиков. Человек отлетает кубарем, роняя оружие. Последний из нападавших, что ещё на ногах, с криком наводит копьё целя в меня. Лепестком острия "чиркнув" Анну в плечо...
Перед глазами всё заливает малиновым цветом - эта мразь посмела навредить моей Ане! Она посмела к ней прикоснуться?!
С треском вминая ногами утрамбованную землю, моё тело бросается на женщину с копьём - передо мной не человек, и даже не вещь - это просто ком грязи, что о себе возомнил. Метры, что нас разделяли, исчезли мгновенно. Кулак, с хрустом, превращая в пар встречный воздух, вонзается в бровь мерзкой немытой рожи, вминая кости лица внутрь, в мозг и отшвыривает бездыханное уже тело назад.
— Пизда тебе! - Ольм уже на ногах и бросается на меня, занеся меч для удара.
— Сзади!.. - в страхе вскрикнула Аня.
Спасибо, родная, но я о нём знаю. Пальцами ног поддеваю в воздух копье перехватывая древко покрепче. Теперь все трое уже на ногах. Я стою между ними и семейством Дойл.
Ложно ударив, что бы копейщик отпрыгнул, бью древком копья Ольму в колено, вышибая ногой дух из мечницы. Та сломанной куклой отлетает в кусты. Я же, юлой крутанувшись, с разворота плашмя опускаю копье на шит, вовремя поднятый старшим налётчиков. Мужчина хрипит, на шаг отступая, но всё ещё на ногах - силён! - а древко копья с громким треском разламывается на две половины. Ловлю в воздухе ту, что с остриём и сверху вниз, в вырез кольчуги, вгоняю в грудь Ольму. С сиплым хрипом, орошая мои ступни кровью, грузное тело оседает. Последний из них, то ли не трус, то ли просто дурак - коротким тычком целит мне в живот. Без обид - тебе просто не повезло. Пропустив жало подмышкой, всаживаю правый хук ему в челюсть. Копейщик улетает в нокаут.
Над деревней занимаются зарева частых пожаров.
Подхватив меч Ольма, обхожу тела поверженных, пробивая им мозг. Последним приканчиваю хрипящего мужчину с копьём.
Дороти, с ужасом в глазах, не отводит от меня взгляда когда я к ним приближаюсь. Таврисса пытается своим телом укрыть внучку от чудовища, что за десять ударов сердца убило пятерых вооруженных человек.
Дороти отшатывается от меча, но я лишь взрезаю кожаные ремни, лишающие их движений.
Две испуганных женщины оседают на землю, обнимая друг друга:
- К... Кто ты? - я вижу, Дороти боится меня. - У нас... У нас ничего нет... Пощади нас...
- Бабушка, она нам не враг, - тянет ко мне руки Аня, не в силах держаться на дрожащих ногах - Любимая, я так испугалась!..
Я заключаю девушку в свои объятья, отстраняясь, нежно целую.
- Дороти, позаботьтесь о ранах, - и исчезаю внутри дом, через миг вернувшись, неся лук и стрелы.
— Марика, спаси их... - кивает мне Анна. - И береги себя...
Дороти, непонимающе переводит взгляд с внучки на меня.
. . .
Я успела застрелить десятерых, пока пробиралась к центру деревни. Вокруг пылали дома внося еще больше неразберихи в окружающую сумятицу. Колышущиеся тени в свете сполохов огня даже с моим "ночным" зрением казались нападающими налётчиками. По этой причине идти
Элла