предполагал. А потом она прошла мимо меня и вышла за дверь. Я проводил ее взглядом. Каждая ягодица ее круглой бледной попки двигалась вверх и вниз по очереди. Ничто не могло скрыть этого от меня.
Ее шаги отдавались в доме мягким влажным звуком и затихли, когда она поднялась по лестнице. Я не мог пошевелиться, но больше всего на свете мне хотелось стоять под лестницей и смотреть, как поднимаются ее ягодицы, одна за другой. Чтобы увидеть намек на розовое между ее ног. Чтобы увидеть больше.
Все, что осталось, - это звук льющегося душа. Все еще работающего. И стук моего сердца, отдающийся в моих барабанных перепонках.
Я стоял один в ванной, обнаженный, как в тот день, когда родился. Образы ее кожи, ее сосков... едва уловимый намек на ее вершинку был для меня важнее всего остального. Теперь я осознал, что всеми фибрами души хочу вернуться к своей матери. Вернуться.
Во саду ли, во огороде... ( 2 часть)