платье подлиннее. Я открыл балконное окно и выглянул наружу. Солнце ярко-золотым лучом показалось из-за горизонта.
— Послушай, - позвал я. - Ты должна это увидеть.
— На мне ничего нет, - сказала мама, как бы между прочим.
— Надень мою футболку, она рядом с кроватью, - сказал я. Мама подошла через несколько секунд. Моей футболки едва хватало, чтобы прикрыть ее бедра, но ее было недостаточно, чтобы полностью скрыть ее задницу. Она выглядывала из-под футболки, упругая, бледная, украшенная линиями загара. Это было мило.
— Ух ты! - мамины глаза расширились при виде восходящего солнца. Свет становился все ярче, и теперь он отражался широкой мерцающей стрелой в сторону виллы. Золотистые тона сменились темно-оранжевыми, в ауре цитрусовых и меди.
Я подошел к маме сзади и обнял ее. Ее мягкое тело под моей рубашкой все еще манило, и все еще казалось, что я принадлежу этому месту. Она прижалась ко мне и положила руку мне на бедро.
— Как забавно, - тихо сказала она. - Это первый раз, когда мы встаем достаточно рано, чтобы встретить рассвет, не так ли?
Это было так. Я хотел ответить, но меня отвлекло ощущение ее ягодиц на моем члене, который уже начал твердеть.
Она почувствовала это. Оглянулась, не поворачиваясь. - У нас совсем немного времени, - сказала она. - Здесь еще нужно кое-что прибрать.
Я приподнял край футболки, открывая больше ее форм. Мой член вырос, прижимаясь к ее ягодицам через хлопок нижнего белья. Я потянулся вниз. Оттянул резинку и высвободил член. Он коснулся ее тела, и ее тепла было более чем достаточно, чтобы он растянулся на всю длину. Мама отреагировала, сильнее прижавшись ко мне. Она протянула другую руку назад, через плечо, и коснулась моей шеи.
— У тебя есть две минуты, - сказала она тихим шепотом. - Затем нам нужно закончить приводить это место в порядок.
— Две минуты? - Спросил я, немедленно приступая к работе. Я наклонился и раздвинул ее ноги, взял ее за руки и положил их на край балкона. Она перегнулась через перила, подставив себя, встав на цыпочки, чтобы обеспечить лучший доступ. Ее киска была прекрасна: две идеально симметричные губы, два идеально мягких уголка, кораллово-розового оттенка. Между ними уже виднелся мягкий влажный блеск.
Я взял свой член и поместил его туда, к ее влажной мягкости, и, к моему удивлению, скользнул внутрь - она уже была готова - и когда я вошел в нее, она издала низкий, счастливый стон. - Поторопись, детка.
Жара, влажный воздух, восход солнца, моя мама в моей футболке с задранными рукавами - все это вместе взятое помогало мне даже в медленно сгущающемся утреннем тумане. Я оглядел пляж, чтобы убедиться, что нас никто не видит. На песке не было ни души, только солнечный свет и шум прибоя сопровождали меня, когда я входил и выходил из нее так быстро, как только мог.
Напряжение быстро нарастало. Ее вздохов и влажного звука, когда я шлепался о ее попку, было более чем достаточно. Ощущения ее упругости, наполняющей меня жаром и скользкой радостью, - вида восходящего солнца было более чем достаточно.
Я чувствовал, как крепнет моя плоть, мое естество, как учащается дыхание мамы, как становится мелодичным ее голос, когда она наслаждается быстрыми движениями на скорую руку. Я тоже стонал, с усилием, от удовольствия. Ее киска была такой тугой и прекрасной.
— Малыш... - Сказала она с явной настойчивостью. - Нам нужно... поторопиться...
— Я спешу, - проворчал я.
— Нет... Я имею в виду... не кончай в меня... это занимает слишком много времени, чтобы привести себя в порядок...
Знакомство по ?Мылу?