заставляют ее двигать бедрами назад, прижимаясь ко мне, посылая меня все дальше и дальше. В своей последней попытке одновременно погрузить меня в себя еще глубже и каким-то образом нажать кнопку громкой связи, она отбросила телефон подальше от себя.
— Нора? - В голосе папы не было подозрительности, но он казался смущенным.
Это завело меня еще дальше, чем раньше. Я почувствовал напряжение глубоко внутри, поднимающееся от самых яиц, тугое сжатие во рту, в то время как мама напряглась вместе со мной.
— Я... - мама пыталась скрыть свое судорожное дыхание, ее тело напрягалось, расслаблялось и снова напрягалось. Она отчаянно терлась о мой член, ее дыхание было прерывистым, снова и снова, пока оргазм не начал нарастать, глубокий, сжимающий ее лоно. - Эй, Росс? У нас тут... ух... нам пора идти. Это уже близко. Я... я имею в виду, скоро придет счет. Мы поговорим об этом... - Я приподнял голову, чтобы коснуться ее точки G, и мамин голос тут же оборвался - ее рот широко открылся, когда она почувствовала, как моя головка трется об эту тайную, особенную точку, и она начала дрожать. Ее бедра дрожали, руки дрожали, когда она опустила их, напрягаясь, ослабляя, снова напрягаясь.
— Нора? - В трубке послышался папин голос, скорее потерянный и растерянный, чем подозрительный. – Послушай, Нора?
Но мамы уже не было. Я протолкнулся еще глубже, мой член приблизился к ее шейке матки, и ее настиг оргазм. Она издала жалобный крик, который выдавила из себя, уткнувшись в белое покрывало. Я чувствовал, как ее влагалище дрожит, напрягаясь, как все ее тело сотрясается в судорогах, пока я безжалостно трахал ее, и каждое резкое движение усиливало оргазм. Ее руки метнулись к одеялам, ногти впились в них, и она притянула их к себе, сдергивая простыни с углов матраса, в то время как ее спина выгнулась дугой, а тело погрузилось в кровать. Оргазм лишил ее последней крупицы сознания и вместо этого вверг ее во взрывной экстаз.
Я тоже был почти у цели. Я чувствовал, что мой член вот-вот взорвется. Я был мчащимся поездом, а женщина, которую я только что завоевал, дрожала подо мной, испытывая оргазм. Гладкость ее влагалища была невыносимо приятна на ощупь, и животное во мне рвалось вперед, готовое оплодотворить женщину, которую я только что принял своей парой. Я думал о словах мамы - смотрел на нее, а она смотрела на меня, и мы оба точно знали, что сейчас произойдет. Когда я трахал ее все сильнее, в глубине души мне хотелось, чтобы она попросила меня остановиться, но она только смотрела в ответ, восприимчивая, умоляющая, просящая своими темными глазами, погруженная в экстаз.
Я почувствовал, как напрягся - мои яйца напряглись, во мне нарастал рев, когда я приготовился излить всю свою сперму в материнское лоно. - Я собираюсь... - простонал я сквозь стиснутые зубы. - Мама... - я едва смог выдавить этот звук. Она в отчаянии смотрела на меня, с каждым толчком все больше приближаясь ко мне.
Мамина задница поднималась и опускалась, все глубже прижимаясь ко мне. Ее покрасневшее лицо было обращено ко мне все отчетливее, а ее губы безмолвно умоляли. Полубессознательная мольба о том, что я мог воспринимать только как ослепляющее наслаждение. Мы вышли из-под контроля.
Балконный секс