прижимаются друг к другу, и легким изгибом между ее половыми губками.
— Подожди, - выдохнула она, отпуская мой член. Она запустила руку под платье и потянула вниз. Я увидел, как мелькнули ее трусики, когда она позволила им упасть на землю. Она переступила с ноги на ногу, а затем откинула бедра назад, впервые показав мне свою задницу.
Я чувствовал, как ее обнаженная задница прижимается к моему бедру. Между ее прелестными белыми щечками, ниже изгиба ее ягодиц, я почти мог видеть бледно-розовую щелочку - мамину киску, которую было видно, когда она подставляла мне свой зад. Мне потребовалось все мое мужество, чтобы не отпустить перила, не наклониться к ней лицом и не облизать ее всю, чтобы снова ощутить ее вкус. Она раздвинула ноги. Больше всего на свете я хотел схватить ее за талию и прижаться к ней, прежде чем она успеет среагировать.
Вместо этого я позволил ей поиграть. Мамина рука снова опустилась и обхватила мой член, направляя его ниже. - Ты слишком высокий, - тихо сказала мама, слыша, как вода внизу набегает на причал. Я увидел, как ее ступни согнулись, она поднялась на цыпочки, а затем медленно отодвинулась назад, направляя мягкость между своих бедер вокруг моего члена, прежде чем я полностью оказался у нее между ног. Мой член оказался под ее влагалищем. Затем она медленно опустилась, и я внезапно почувствовал влажный жар ее входа.
Она сомкнула ноги, зажимая мой член между своих мягких, сочных бедер, и я почувствовал, как мой член сжимается, как будто я по самые яйца вхожу в кого-то. Но вместо этого я оказался между бедер своей матери и не мог удержаться от движения. Я продвинулся дальше, чувствуя, как ее гладкость покрывает головку моего члена.
Мама вздрогнула. Я ничего не мог с собой поделать - мой член напрягся и протиснулся между ее половых губок. Моему члену не потребовалось бы много усилий, чтобы войти в нее, но я сдержался, исключительно по причинам, которые я не хотел признавать. У нее между ног было мокро. Ее влажность и возбуждение были очевидны после всего того времени, что мы провели, флиртуя, танцуя и предвкушая. Ее влагалище было готово, даже если она не хотела им пользоваться. Вместо этого она, задыхаясь, позволила своим сокам стекать по мне.
Она слегка пошевелила бедрами, обхватывая мой член. Она застонала, приподнимая бедра выше, прижимая свой клитор к головке моего члена. Я почти почувствовал это, но она определенно могла. Мама задрожала, осторожно двигая собой вверх-вниз, позволяя головке моего члена упираться в ее клитор, и содрогаясь от удовольствия.
Я мог сказать, что этого было недостаточно ни для кого из нас. Вздохи мамы казались разочарованными, настойчивыми, но неудовлетворенными.
— Ты ведь хочешь этого, не так ли? – спросил я. Я прижался к ней бедрами, и она открыла рот, закрыв глаза.
— Что хочу? - Ее голос был высоким. Натянутый.
— Член, - сказал я. Ее реакция была очевидна. Она вздрогнула, непроизвольно прижавшись ко мне попкой и потершись своим влагалищем обо все мое тело.
Мама покачала головой. - Нет, детка, не сейчас... еще нет... - Ее голос превратился в хныканье. Теперь у нее между ног было невероятно скользко. Она ритмично задвигалась, позволяя своим ногам насаживаться на мой член, и наслаждаясь ощущением того, как ее дырочка трется о мою длину. Но я знал, что она хотела большего. Как и я. Это было невыносимо. Я нуждался в ней. Мне нужно было погрузиться глубоко-глубоко в свою мать.
— Ты хочешь, чтобы я это сделал? - Спросил я, прижимаясь губами к ее
Не надо,что ты делаешь?