— Что ж, Дебра, если можно вас так назвать. Похоже, вы попали в затруднительное положение. Давайте посмотрим. Офицер Хеннесси нашел в вашем багажнике почти сто граммов травы, а при досмотре вашей сумочки, когда вы приехали в участок, обнаружил там еще три косяка.
Я пролистал папку, отыскивая отчет об аресте, а затем посмотрел в ее слегка испуганные глаза. Хорошо. Мне это пригодится.
— То, что у меня в багажнике. Это не мое. Я никогда не видела этого раньше, — тут же запротестовала она слегка плаксивым тоном.
— Уверен, — пробормотал я, читая дальше отчет. — В таких ситуациях никто и никогда не видел.
— Послушайте, — быстро сказала она, — косяки, окей, это мои. Признаю это. Я выпила пару стаканчиков в баре за очень долгим обедом. Я была трезва. Но вещи в багажнике - я не имею к этому никакого отношения.
— Да. Точно, — согласился я с сарказмом. — Послушайте, Дебра, вещество в багажнике в сочетании с косяками в вашей сумочке, уже перешагнули магическую черту в сорок два грамма, что является намерением продать.
Закрыв папку, я посмотрел на нее. Я позволил ей немного помолчать, прежде чем продолжить:
— Вы понимаете, что за намерение продать. грозит максимальный штраф в десять тысяч и до пяти лет тюрьмы?
Я не стал упоминать, что шансов на то, что ее осудят за это, практически, нет. Для этого нужно слишком много времени и сил. Если бы она была известным дилером, тогда возможно. А для нее? Ни малейшего шанса.
Она почти всхлипнула в ответ:
— Но это не мое. Я никогда раньше этого не видела. Я признаю косяки, но это... зачем мне это? Развлекаться на досуге?
— Понятия не имею, Дебра. Намечается большая вечеринка? Другие друзья-секретари, которым нужен поставщик? Откуда мне знать? Но это было там, Дебра. От этого никуда не деться.
Это старый допросный прием - часто использовать имя собеседника. Это способствует установлению связи, и они чувствуют, что вы знаете их лучше, чем они вас.
— Что я должна сделать, чтобы вы поняли? Это - не мое. Я бы никогда этого не сделала. Спросите кого угодно! — она была немного взвинчена.
Пришло время нагнетать, а потом остужать. Пусть она хорошенько испугается, а потом увидит, что выход есть.
— Как бы то ни было, Дебра, у нас тут довольно простое дело. Окружной прокурор вполне может завести на вас дело. Год выборов и все такое.
Это была откровенная ложь. Дело в том, что ей действительно собирались сделать замечание, спросить, где она это взяла, и отпустить утром, как только появится ее судебный адвокат. Сто граммов кажется многовато, но это меньше четырех унций, а уличная стоимость - не больше штуки. За такое никто не сажает. Первое преступление, без судимости, ничего особенного, но сейчас она этого не знала, а я не собирался ей говорить, как и Миранда. Не совсем по-спортивному, но я коп из убойного отдела, расследующий убийство - справедливость здесь ни при чем.
— Но... — медленно добавил я, сцепив руки на столе перед собой. — У нас с окружным прокурором есть... взаимопонимание.
Это было правдой. У нынешнего окружного прокурора, Майкла Бабси, у его жены был двоюродный брат, у которого был сын, который, как мы слышали, был на пути к процветающей - хотя, скорее всего, короткой - карьере наркоторговца в одной из местных банд. Басби попросил меня, окольными путями, напугать парня. Я подумал и однажды взял его по какому-то сфабрикованному обвинению, отвез в тюрьму штата, получил разрешение губернатора показать
Девушка для состоятельных мужчин. Часть 10