вопросам. Они отвечали правдиво, поскольку вопросы казались безобидными, и это означало, что в дальнейшем ответы будут звучать легче, поскольку мы установили закономерность задаваемых вопросов, на которые отвечали правдиво.
— Если честно, я просто ответила на объявление в Интернете. На «Крейгслист» (сайт электронных объявлений США).
— Хорошо, и это был Полк? Больше никого?
— Да. Мы провели собеседование в четверг, и я приступила к работе в следующий понедельник.
— Вполне справедливо. А как бы вы определили свои обязанности в офисе Полка? — спросила Миранда, тщательно формулируя вопрос.
— Ну, наверное, отчасти помощник по расписанию и отчасти привратник, — ответила она, явно ничего не скрывая. — В какой-то степени офисная администрация - заказ бумаги для принтера, проверка оплаты счета за интернет и тому подобное.
— Понятно. Значит, никакого участия в работе с клиентами или в бухгалтерской части бизнеса?
— Нет, совсем нет. Мистер Полк ясно дал понять, что не хочет, чтобы я была даже близко к этому, да и не то чтобы я могла чем-то помочь. Я с трудом свожу баланс своего банковского счета, не говоря уже о чужом. — Подробности стали поступать быстро и активно.
Я решил задать несколько вопросов, просто чтобы немного разрядить обстановку.
— Давайте поговорим о некоторых клиентах. Как бы вы их определили? Высший класс? Низший сегмент? Бизнес? Что? — поинтересовался я, начиная переходить к более интересным для нас темам.
— Ну, по большей части, бизнес. Он так часто пропадал из офиса, что у нас было не так много клиентов, но те, что у него были, были высокого класса. Вот почему он постоянно твердил мне, что я должна быть пуленепробиваемой дверью, как он выражался. У нас были высокопоставленные люди, которых нужно было защищать, и если мы этого не сделаем, они уйдут в другое место.
Это утверждение попало прямо в мозжечок и начало искать, к чему бы еще прицепиться. Я взглянул на Миранду, гадая, улавливает ли она связь. Она была сосредоточена на Дебре.
— Пропадал из офиса? Значит, его недельное отсутствие на этой неделе не является беспрецедентным?
— Ну... нет. Он и раньше так делал. Обычно говорит мне, что он в отпуске, или на конференции, или разговаривает с клиентом на месте, но должна признать, что обычно он говорит мне первой. Никогда не было такого долгого отсутствия связи.
— Значит, вы вообще не общались с ним со дня убийства и до сих пор?
Дебра покачала головой:
— Нет. Совсем.
— Как он обычно с вами связывается? У вас есть его номер?
— Вообще-то он использует Skype. Или электронную почту. Электронная почта - для информации о клиентах, скайп - для личных планов.
Это было умно. Skype работал через Интернет, и поэтому его было очень трудно отследить. Microsoft не любила передавать информацию о клиентах: для этого требовался ордер, и даже в этом случае они бы сопротивлялись. С электронной почтой было проще, но все же не настолько. Чем больше мы узнавали об этом парне, тем более коварным он казался. Это не было случайностью: этот парень стремился максимально затруднить слежку за ним.
Реальность такова, что у полицейского департамента были ресурсы, чтобы выяснить все, что он действительно хотел узнать. У нас в штате были и хакеры в белых шляпах, и телефонные фрики, и любые другие информаторы, и если мы действительно хотели, то могли пойти и спросить у них. Поверьте, часто это было заманчиво. Проблема в том, что знать что-то - это не то же самое, что доказать что-то, и часто сам акт выяснения чего-то незаконным путем, исключал возможность использования этих знаний в судебном деле. Дело
Негодяи. Часть 5