Давно это было. Уж лет тридцать прошло... даже чуть больше. Но то самое лето я помню до мельчайших подробностей -- будто произошло все вчера.
Июньский день растекся оплавленным маревом по округе. Запах полевых трав кружил молодую голову, а ласковый ветер доносил с реки шум проползавшего мимо буксира. Для меня тогда все было просто. И казалось, вот оно, счастье -- раздолье, свобода, молодость, о которой не думаешь, когда тебе всего ..n....адцать лет.
Я бежал по пояс в не скошенной траве, раздвигая ладонями густые пахучие заросли. Это у нас такая игра была - Юлька пряталась, а я искал. А когда находил... Услышав ее смех где-то справа, не раздумывая, бросался туда. Трава примята и свежий след. Еще несколько шагов и я падаю рядом с ней на мягкую подстилку. Мы смеемся и катаемся, обнявшись. Сухие травинки с золотистыми колосками в ее светлых распущенных волосах... и эта улыбка.
Я целую сестру в шею. Она смеется, дрыгая ногами: "Щекотно!" Целую снова и снова. Наконец, оторвавшись, смотрю в ясные, словно летнее небо, глаза... Сестра на два года моложе меня. Такая красивая, такая родная - вся своя!
Мы уже давно присматривались друг к другу. С ранней юности я подглядывал за ней. Потом она заметила меня, и это превратилось у нас в целый ритуал. Наблюдая друг за другом, мы не заходили дальше разговоров и объятий. И лишь этим летом поцелуи - игривые, жаркие. Мы не могли нацеловаться, убегая на весь день из дома. Ходили на берег, прячась в камыши, ускользали в лес, подальше от чужих глаз. И всюду с нами было не высказанное то, что нас связывало помимо кровных уз.
Возможно, будь мы чуточку смелее, немного наглее, все случилось бы намного раньше. Но наш отец - человек строгий и не терпящий, когда ему перечат, был настроен категорически против наших с Юлькой добрых отношений. Вернее сказать, отношений у нас тогда никаких и не было. Однако, сама мысль о том, что такое возможно, могла привести родителя в бешенство. Хорошо еще, что он пропадал целыми днями, уезжая то на подработку, то по делам в город.
Лишь по редким выходным или вечерами, когда он не был сильно уставшим или подвыпившим, отец пристально следил за нами. Выискивал, если мы куда-то отлучались вместе. Тогда я не понимал его озабоченности, считая все это придирками, сумасбродством. Но все же большую часть времени, мы были предоставлены сами себе и делали, что хотели. Была конечно, еще и мама. Мы помогали ей по хозяйству, когда требовалось.
Нашей маме было около тридцати шести или семи в тот год. Красивая, высокая, статная. На нее я заглядывался еще до того, как появился интерес к сестре. Да и после не перестал. Но тут я трезво оценивал свои шансы - мне не светило ровным счетом ничего. А Юля была ее точной копией. Только намного моложе. Может потому, так и любил эту веселую, голубоглазую малышку... больше жизни любил.
Я целовал ее в шею, она смеялась. Затем перестала и я услышал ее дыхание. Провел рукой по небольшой упругой груди, ощутив под пальцами затвердевшие соски. "Да!" - выдохнула она: "Да!" И ничего больше. Но я возбудился так, что потерял голову. Ничего не зная о том, что нужно делать, инстинктивно засунул руку под сарафан. Гладкие ножки сжали мою руку в нескольких сантиметрах от трусиков. Я высвободил ладонь из скользкого горячего плена и посмотрел на нее. Ни смешинки в лучистом взгляде. Он такой внимательный, не торопливый. Изучает меня, словно в первый раз видит. Что будет дальше?..
Сексуальная подработка на пенсии