встретились с моими. Ее лысая киска поцеловала мой спящий член.
— А теперь посмотри мне в глаза и скажи, что ты не против всего этого, - прошептала она, не сводя с меня своих глубоких, искренних карих глаз.
На меня давила невероятная женщина-секс-бомба, моя мать, и она просила меня быть честным по поводу нашей новообретенной близости. Я ни за что на свете не смог бы отказать ей в этом. В тот момент я мог быть честен только с ней. Я хотел и нуждался в этом.
— Мама, - мягко сказал я, положив руки ей на бедра, чтобы удержать ее, и улыбнулся. - Честно говоря, я не против этого. Всего этого. Я никогда не был так близок к тебе, по крайней мере, с тех пор, как кормился грудью.
Она ухмыльнулась в ответ на мое заявление. - Ни о чем не жалеешь?
— Только об одном, - признался я.
На мгновение в ее карих глазах промелькнуло огорчение. - Что, детка?
— Что мы не сделали этого раньше, - ответил я, улыбаясь.
Мама уткнулась лицом мне в грудь, хихикая. Я обнял ее за стройную спину и прижал к себе. Я почувствовал, как она взяла зубами кожу на одной из моих грудных мышц и крепко, надолго прикусила ее. Это было не больно, может быть, самый легкий укус, но в основном это просто заставило меня улыбнуться ей.
— Ты считаешь меня своей территорией?
— Ты мой малыш. Ты всегда будешь принадлежать мне, - проворковала она, перестав кусаться и снова прижавшись ко мне головой, уткнувшись щекой мне в грудь. - Всегда и навеки. И, наверное, я тоже жалею, что не сделала этого с тобой раньше. Но кто же знал? В итоге мы занялись этим только потому, что у нас обоих были дерьмовые вечера свиданий.
— И мы выпили за неудачу, - напомнил я ей. Я потерялся в ощущении ее мягкого, податливого тела, прижатого к моему, и, несмотря на то, что я чуть больше часа назад кончил, зверь начал пробуждаться ото сна. Мама, должно быть, почувствовала это, потому что хихикнула.
— Значит, ты по-прежнему намерен придерживаться нашей программы на день и выходные? - спросила она мягким голосом, и ее глаза сияли, когда она посмотрела на меня.
Я кивнул. - Такой же решительный, как и ты, мама.
— Тогда это очень решительный шаг, - сказала она, улыбаясь. - Я уже давно так не веселилась, и мне это нравится. Просто помни, детка, иногда мои естественные материнские чувства могут взять верх и заставить меня задавать вопросы или требовать гарантий, а тебе всегда нужно быть честным.
— Я обещаю, мама. Я всегда буду честным с тобой, - твердо сказал я. - Я слишком сильно люблю тебя, чтобы причинить боль ложью.
Она кивнула и вздохнула, обнимая меня еще некоторое время, прежде чем поднять на меня взгляд. - Разогреваешь лазанью?
Я кивнул. - Я подумал, что при таком количестве алкоголя, которое мы употребляем, в наш организм должно попасть немного жира и тяжелой пищи. Я сомневаюсь, что мы собираемся бросать пить.
— Я, конечно, не собираюсь, но я разделяю твою мудрость в этом вопросе, - сказала она, улыбаясь. - Я посижу за маленьким столиком, а ты заканчивай готовить, детка.
Она поцеловала меня в щеку, отпустила и, покачиваясь, направилась к столу, выставив на всеобщее обозрение свои великолепные ягодицы. Она опустилась на стул и стала ждать, повернувшись ко мне боком и улыбаясь. Я мог видеть ее сиськи в профиль, и она даже не пыталась их скрыть. Я не возражал, даже если мне пришлось снова повернуться лицом
интернет объединяет извращенцев