когда я начал свои движения, и я потерялся в ее глазах. Она наклонилась еще ближе, поцеловав меня в подбородок, а затем в ухо, прежде чем прошептать в него.
— Непослушные мальчики не должны трахать своих тетушек, - сказала она своим ангельским голоском, от которого у меня мурашки побежали по коже. - Это дело хороших мальчиков. И ты такой хороший мальчик, Аарон...
Вес мамы удерживал секс-устройство на месте, а это означало, что мне не нужно было его держать. Я обхватил ее руками за торс, прижимая к себе. Мои бедра медленно двигались взад-вперед, пока я трахал свою тетю, и мама начала извиваться, описывая маленькие круги своей киской над киской сестры, как будто она трахала Трейси, пока я трахал ее. У меня голова шла кругом от того, насколько невероятно эротичным и запретным все это было.
Мамины груди были прижаты к моей груди, ее руки обнимали меня за плечи, а ее нос касался моего, когда она смотрела мне в глаза. Она наклонилась еще чуть-чуть, и ее губы едва касались моих, когда она говорила.
— Я люблю тебя, Аарон, - прошептала она, и я почувствовал, как ее слова касаются моих губ. - Я никогда никого не любила так сильно, как своего замечательного маленького мальчика.
— Я никогда никого так не любил, как тебя, мама, - пробормотал я, боясь, что мой голос сорвется на хрип. - Мне так повезло, что у меня есть ты, мама, и я люблю тебя.
Она поцеловала меня, глубоко и с любовью. Поцелуй был намного продолжительнее, чем позволяли приличия, но это не был поцелуй влюбленных. Это был поцелуй матери и сына, которые любили друг друга. Больше, чем кого-либо другого. Другим людям было бы трудно это понять, особенно учитывая, что мы были обнажены и вместе трахались на секс-кукле, которая казалась ее сестрой. Черт возьми, до сегодняшнего дня я бы никогда не смог этого понять.
Прямо сейчас все это обрело для меня смысл, и я не мог быть счастливее.
Она прервала поцелуй и посмотрела на меня. В ее карих глазах горело растущее вожделение. - Пора трахнуть эту шлюшку и кончить в нее, малыш? - сказала она, задыхаясь. - Хочешь наполнить свою распутную тетю Трейси?
Я с готовностью кивнул, когда она погладила меня по лицу одной рукой. Она продолжала смотреть мне в глаза, пока я увеличивал темп своих движений. Мама прикусила губу, надавливая и извиваясь сильнее.
Я чувствовал, как ее киска время от времени прижимается к моему лобку, и, думаю, мы оба содрогались от этого прикосновения. Конечно, это был далеко не первый раз, когда мои гениталии касались ее. Черт возьми, раньше она обхватывала мой член своими губками во время массажа. Но это было как-то по-другому. Мы трахались вместе. Она ласкала мою "тетю", в то время как я глубоко входил в нее.
Я начал задыхаться, и мое тело было теплым и, несомненно, покрыто потом. Как и у мамы, ее кожа сияла, когда она прижималась ко мне, тело к телу. Я вспомнил ее слова, сказанные всего несколько мгновений назад. Они прозвучали в моей голове как удар молнии.
— Как ты сказала, внутри вы чувствуетесь как одно и то же. Теперь ты знаешь, что я тоже чувствую тебя внутри.
Я крепче прижал маму к себе, и она застонала от напряжения, но помогла мне войти в нее, явно наслаждаясь ощущениями. Она терлась своим влагалищем о скользкий силиконовый холмик под ней, и я мог представить, как ее клитор касается клитора ее сестры. Сколько раз за эти годы они занимались любовью? Сколько раз они
Шалунья