Егор?! Нельзя так говорить, — не слишком-то уверено возразила женщина, посмотревшая сперва на отчетливо проступающий бугор на штанах парня, а затем покосившаяся на стоящего рядом сына.
— Почему нельзя? Это же правда. Всем ведь хорошо будет!
Леха, который понял, что нужно подыграть компании, тут же поспешил успокоить маму:
— Не переживай, мам, мои друзья ребята надёжные, они точно не подведут! А на меня не обращай внимания, ты же знаешь, как я тебя люблю и хочу, чтобы тебе хорошо было. Если ты меня стесняешься, то я на кухню могу пойти.
— Да, теть Ир, мы не подведем, - стали убеждать женщину распалившиеся парни.
Воспользовавшись моментом, Качан чуть опустил руку и просунул ее Лехиной матери подмышку – теперь его ладонь поглаживала край женской груди. Даже через ткань футболки было приятно чувствовать теплую и упругую сиську.
Друзья ее сына не успокаивались, и Ирина Николаевна, чувствуя, как на нее саму накатывает возбуждение, исподтишка бросала короткие взгляды на промежности гостей – все они бугрились под напором молодых членов.
Внизу живота у женщины стало тяжело, а между ног – мокро. Сосочки возбудились, и теперь мальчишки без проблем могли наблюдать их очертания через тонкую маечку.
Соблазн поддаться уговорам настырных ребят был велик, но все-таки Ирина понимала, что нельзя соглашаться на такое. И дело было не в том, что гостей было много, а потому, что все они были практически ровесники ее сына.
Однако наглый Качан уже осмелился положить вторую руку на коленку Лехиной матери, и ласково поглаживал. Впрочем, коленка ему очень быстро надоела, и ладонь главаря медленно, но уверенно заскользила по бедру к промежности.
Ирина почувствовала жар, идущий от ласкающей руки, и, потеряв себя, широко раскинула ноги, открывая путь пальцам наглеца. Она уже совершенно забыла, что среди окружавших парней находился ее собственный сын.
Но все-таки, когда до промежности оставалось не больше десяти сантиметров, женщина неимоверным усилием воли резко свели нови вместе. Качан на секунду испугался, что сейчас Лехина мама придет в себя и прогонит их, но Ирина уже была возбуждена до такой степени, что дороги назад больше не существовало.
— Погодите, - выдохнула Ирина, убирая от себя руки Егора. – Мне нужно в ванную. Мне нужно подмыться.
Качан испугался, что за время отсутствия Ирина может передумать, и мягко остановил ее попытку подняться, положив руки на плечи:
— Не надо, теть Ир. Мы уже нюхали ваши грязные трусики, и нам очень понравилось, как вы пахните. Правда, Чума?
— Очень понравилось, - подтвердил с довольной улыбкой Петька, который даже попробовал трусики на вкус.
— Вот как? – удивленно глянула Мрина на парней и, самостоятельно откидываясь на диван, сказала, - Ну, тогда показывайте, чем вы меня порадуете?
Первым скинул штаны Степан, вывалив свой член. Парня не зря прозвали Толстым, и при виде его агрегата в глазах женщины загорелись блядские огоньки. Она быстро облизнула губы и, к изумлению собравшихся друзей, рывком бросилась на колени перед первым счастливчиком.
Леха обалдело смотрел на мать, которая внезапно стала вести себя так, как не позволяла себе никогда раньше.
Чума незаметно достал телефон и стал снимать многообещающее начало на камеру. На этот раз Качан не стал препятствовать видеофиксации, вместо этого он сделал заметку в памяти о том, что Толстый посмел пойти вперед него.
Тем временем мама Лехи, взяв Толстого за задницу обеими руками, полностью заглотила здоровый хуй в рот и начала ритмично насаживаться головой на здоровый причиндал. Головка упиралась ей в гланды, но богатый опыт в отсасывании хуев помогал подавить рвотный рефлекс.
Словно изможденный жаждой путник в пустыне, Ирина набросилась на член Степана и, не помня себя от
Семейное