которая переполняет тебя. Твой внутренний голос должен наконец-то раскрыться до конца. И эти несчастные люди – твои подопытные кролики – должны запомнить это на всю жизнь!
Говоря "внутренний голос", я имею в виду сверхсознание, если говорить языком психологии, но не будем вдаваться в подробности. Я думаю, вопросы метафизики мы еще успеем обсудить...
А наши гости – которые посмели прервать мое купание! – это обычные хиппи. Они абсолютно безопасны, оружия у них нет, я это проверила, так что ты в безопасности, никто не ринется к тебе с пистолетами или с чем-то еще. Да и я буду прикрывать тебя с тыла. Если кто-то осмелится тебе мешать, я его просто пристрелю! – Она улыбнулась. – А потом мы можем его съесть! Ну так что ты скажешь? Осмелишься ли ты испробовать вкус безумия?
Я сглотнул. Первоначально я думал, что мое посвящение будет более простым, например, мы сделаем пару-тройку ритуальных действий, а потом она введет меня в транс, в котором раскроется мой потенциал... Я интроверт, и публичные представления – не самая сильная моя сторона. Не думаю, что смогу как-то воздействовать на группу людей, пусть даже с ведьминским амулетом... Я сказал неуверенно:
– Мой потенциал, который надо раскрывать, находится где-то в области письменного стола. Я писатель. Я никогда не делал ничего подобного...
– Ну так самое время начать, – сказала ведьма равнодушно. – Я приказываю.
Она улыбнулась и сказала уже теплее:
– Да и потом ты сможешь написать об этом! Я же не против.
В этот момент я заподозрил неладное. Пять минут назад ведьма говорила, что делится тайной своего клана, и взяла с меня клятву не рассказывать об этом даже под пытками. А теперь она не против, если я об этом напишу. Странно! Однако следующая ее реплика заставила меня беспокоиться совсем о другом:
– И кстати да, искать себе одежду нужно тоже голым. Поэтому можешь приступать, я разрешаю.
Я огляделся. Вокруг стояли деревья, солнце сквозь кроны освещало нас мозаикой из света и тени. Пахло горячей хвоей и муравьями.
– А вдруг кто-то из тех людей явится... и застанет меня в таком виде? – возразил я.
Ее голос был одновременно сладким и угрожающим:
– Я сказала: я разрешаю.
***
Это было унизительно. Моя надзирательница уселась под деревом и с интересом наблюдала. Дольше всего я искал подходящий кусок коры. Нужного размера как назло не было. Я ходил от дерева к дереву, ощупывая стволы и шаря у корней. Наконец ведьма швырнула в меня пригодный кусок, видимо, сжалившись надо мной... Его я и надел.
В конце сборов я выглядел максимально нелепо. Особенно странно смотрелось гнездо. Утешал я себя тем, что ведьма и сама недавно разгуливала в костюме из жухлой травы, так что это ведь не издевательство надо мной, а реальное посвящение в таинство. Да ведь? Да? Ведьма пририсовала мне по три полоски слева и справа от носа. Краской послужил кусок земли, на который она плюнула и растерла в пальцах.
– Маскировка, – пояснила она.
– Но зачем мне маскировка, если я собираюсь танцевать у всех на виду?
Она посмотрела на меня сверху вниз, хотя ростом была ниже. От такого взгляда добра не жди.
– А ну не задавай глупых вопросов! – заботливо разъяснила она суть нашего дела.
Нанеся последние штрихи, ведьма окинула меня оценивающим взглядом с головы до ног, и лицо ее просияло добрейшей улыбкой.
– Ты выглядишь великолепно! Ты будешь моим героем... у-у-ти мой хороший!
И снова потрепала меня по щеке.
Это был мой первый древний ритуал, и я чувствовал себя как школьник на экзамене. Ведьма встала передо мной, положила руку на мой
СЮЖЕТ НЕНАПИСАННОЙ ПОВЕСТИ