балконе. Слушать её болтовню. И чтобы за сутки ни разу не одеть трусов. Смотреть как качаются её большие груди, как мелькает между ножек её маленькая, узенькая писька. А потом раздвинуть эти длинные ноги и целовать в мягкое и тёплое. Ощущать языком как она увлажняется. Как входит в неё мой член, как её влагалище обжимает меня, держит, не отпускает. Как закрываются её большие глаза и открываются мягкие губы».
— Ты заснул? – сказала Маша, войдя на кухоньку. – Ого-го! Что это ты тут думал такое? Точно бубука. Как я раньше не замечала.
— Маш, ты такая классная, - я встал и обнял за прохладную, после душа попку.
— Дим ты почаще мне это говори, будет и пять раз в год.
— Мне хоть ни разу.
— А обо мне ты не подумал. Может, ну его на фиг этот чай?
— Чай тоже хорошо, «голые, чай, вкусная сигарета», сама же говорила.
— Иди тогда, освежи бубуку, я сама тут, идите, - девушка потянула меня за стоячий член на выход из кухни.
Быстро помылся и вытерся. Зашёл в кухню. Маша так же как, я сидела в темноте. На столе стояли две кружки с чаем. Пахло ежевикой и малиной.
— Я знаю о чём ты думал, - она обернулась ко мне.
— О чём?
— Что сейчас очень хорошо. Что надо так делать, когда только мы вдвоём. Сигареты, чай и никакой одежды. На всё ночь. Это счастье.
Я подошёл к девушке, член толкнулся в её голове плечо.
— Дим, - она подняла на меня глаза.
— Да Маша, - я обнял её за плечи.
— У нас столько всего впереди. Я сейчас зареву, - Маша уткнулась лицом мне в живот. – Бубука этот, как увидит мои слёзы, сразу встаёт. Как пёсик утешитель со своим мокрым носиком, - девушка притянула «пёсика» и поцеловала в «носик». – Знает что хозяйке надо, - сказала она и поднялась, опершись на мои руки.
— Пошли помёрзнем, - сказала девушка и мы взяли по кружке исходящего паром напитка.
— Фотография, это память о том, что было однажды, но никогда не будет снова молодые люди! – сказал назойливый фотограф.
— А если мы хотим, чтобы было не однажды, а дважды? – спросила Маша улыбаясь.
— Тогда приходите ко мне снова. Я тут каждое воскресение.
— Сколько стоит? – для вас моя хорошая, это сущие пустяки, а вашему молодому человек память на всю жизнь.
— Зачем ему на всю жизнь?
— Время, увы, оставляет следы, а фото запомнит какими были мы, - в стих сказал фотограф.
— Люблю стихи, давайте меня сфоткайте. Да Дима? Тебе в дорогу, чтобы быстрее приехал.
— Так, вставайте, вот, да. Чтобы дорогу видно. Дорогу на дорогу дорогому другу. Чик и всё. Жаль без улыбки, давайте ещё с улыбочкой? – захлопотал фотограф. – Ещё с цветочками можно.
— Они не настоящие, - сказала Маша, принимая тёмный квадратик снимка.
Ночь. Электричка. Туалет.