Когда твой главный "талант" заключается в том, что ты большой и выносливый, как я, то это не дает права занимать много рабочих мест. Мой рост 190 сантиметров, вес 130 килограмм, и я стал бы чемпионом NCAA по борьбе в тяжелом весе на первом курсе колледжа, если бы не был дисквалифицирован в финале за то, что сломал руку своему сопернику якобы незаконным приемом. Вскоре после этого инцидента я бросил колледж.
Я искренне верю, что стал бы бойцом ММА мирового класса, если бы занимался этим, поскольку у меня также есть черный пояс по бразильскому джиу-джитсу в дополнение к моему борцовскому опыту. Однако у меня, как я считаю, "симпатичное" лицо (я не слишком тщеславен, не так ли), и я не хотел его портить, поэтому мне пришлось найти что-то другое.
После пары ужасных и бесперспективных работ я устроился телохранителем к одному из самых богатых людей в мире (я не буду называть его имени, а просто буду называть "Мужчина"). Помимо того, что этот человек является великим бизнесменом, он также страстно поддерживает различных политических кандидатов, имеет твердые политические взгляды и вкладывает свои деньги в то, во что верит. Я стал одним из его любимых людей, когда дважды спас ему жизнь, выбив дурь из трех нападавших с одной попытки и двоих - с другой, в том числе остановив предназначавшуюся ему пулю своим кевларовым жилетом.
Примерно через два года после того, как я начал работать на этого человека, я заметил, что он все больше и больше беспокоился об одном из кандидатов в президенты от Республиканской партии, Мишель Бахман. Он считал ее опасной и хотел быть уверенным, что она не получит номинацию от республиканцев. Он доверил мне выполнить план, который он разработал, чтобы этого не произошло.
План, разработанный Мужчиной - я не был настолько умен или изворотлив, чтобы додуматься до этого, - состоял в том, чтобы купить дом рядом с ее загородным бунгало во Флориде, похитить ее очевидным образом на автомобиле с номерами, принадлежащими соперничающему политическому агенту, а затем держать ее в плену в этом доме, до окончания съезда республиканцев. Этот человек потратил около 500 000 долларов на упрочнение корпуса, звукоизоляцию и защиту от электронного подслушивания - то есть на то, что мы назвали "Безопасным домом". Мужчина потратил еще четверть миллиона, чтобы сделать это место вполне приемлемым, поскольку в его намерения входило не ставить ее в неловкое положение, а просто удержать от выдвижения. Я должен был никому не рассказывать об этом плане, и я был единственным, кому он доверил совершить похищение, а затем "присматривать" за ней в течение нескольких месяцев.
"Охрана" Мишель, если это можно так назвать, была шуткой. У нее было два неопытных телохранителя, и она хорошо освещала свой график поездок. После выборов в Айове она планировала вернуться в свой дом во Флориде на несколько выходных. Однажды вечером, когда она приехала, я уже был там.
Убедившись, что камеры видеонаблюдения в Охраняемом доме зафиксируют все это, я переоделся в профессиональный костюм и ждал, когда Мишель появится перед своим домом в сопровождении двух своих телохранителей. Я остановил машину для похищения, ту же марку и модель, с теми же номерами, что и у соперничающего политического деятеля, припаркованную позади ее машины, вышел, ввел одному из ничего не подозревающих охранников снотворное, ударил другого, который потерял сознание, зажал рот Мишель одной рукой и сделал ей укол снотворного. Я посадил ее в свою машину и уехал.
Я просто объехал квартал, припарковал машину в охраняемом гараже без окон на задней территории Охраняемого дома
Глава 13. Тетрадь Лены