лезть с извинениями в этот момент он не решился. Путь немного остынет. Потом...
Только спросил:
— Варя, с тобой всё в порядке?
— Нет, - резко ответила Варвара, - со мной не всё в порядке. Иди к себе.
— Извини, - пробормотал Олег и, в расстроенных чувствах, пошёл в дальнюю комнату.
* * *
Тарасова сидела на кровати, пряменько, как школьница, положив руки на колени и, глядя в окно, переваривала свои невесёлые мысли.
Вот что сейчас на неё нашло? Это же просто ужас... Это - ни в какие рамки. Это какой-то гипноз.
— Стоп, - остановила она себя. - Это, что? Олег меня загипнотизировал? Да ну нафиг! Какой из него гипнотизёр? Он, вон - сам был как зомби.
Обиделась ли она на слова племянника? Нет. Какая там обида. Отчасти, даже наоборот. Было приятно. Приятно и возбуждающе. Двояко, короче. И стыдно, и сладко.
Ничего оскорбительного Олег не сказал. Да и крамольного, тоже ничего. Если только так... Немного. Отчего же тогда такое смятение в её душе и такая приторная боль в сердце?
В конце концов Варя пришла к выводу, что она ничего не поняла. Но одеваться надо поскромнее и держать себя в руках. А то...
Это, наверное, потому, что она уже третий год живёт одна. Работа-дом, работа-дом. Никакой личной жизни.
Мужчину бы найти... Ей нравился её начальник. Она бы с ним... Замутила. Да... Но только Игорь Иванович женат и многодетен. Четыре ребёнка! Варя никогда бы не посмела разрушить чужую семью. Да и сам ИИ - строгий мужчина. Не в его характере бегать налево.
Варя видела его жену, когда та была беременна последним мальчиком.
Маленькая. "Искусственному Интеллекту" по плечо. Пузечко у Светланы большое, тащила она его с трудом. А уж "Интеллект" над ней вьётся, как над сокровищем.
Любит. Сразу видно.
Почему "Интеллект"? Да ещё и "Искусственный"?
Ну - Игорь Иванович. "ИИ". Вот по предприятию и пошло - "ИИ" да "ИИ", а потом кто-то брякнул - "Искусственный Интеллект", ну и прижилось.
А кроме начальника, ни один мужчина её не привлекал.
Подкатывали, конечно... Но... То "женатики", хлыщи бессовестные. То какие-то альфонсы, нищета сраная. А то и вовсе - пьяницы, с чудовищным пустопорожним самомнением. Подходящих для неё мужчин в её окружении не наблюдалось. А так хотелось... Семьи... Детей... Счастья... Тридцать лет уже! Пора...
Сначала, сразу после развода, она хотела пойти куда-нибудь на тусовку. На танцы, например. Но потом посмотрела на себя в зеркало, прикинула свой возраст и забыла про эти глупости. Куда ей - старухе.
Теперь, когда коллеги спрашивают о перспективах замужества, она полушуткой отвечает:
— Да я там была уже. Замужем-то.... Тоска смертная.
Но вот сейчас Олег сказал такие вещи, которые заставили засомневаться Варвару в своей самооценке. Оказывается - она может нравиться... Олежка же прямо горел искренностью, описывая её достоинства.
Варя встала, подошла к зеркалу, оглядела отражение с ног до головы. Повернулась боком, потом спиной. Ухватила ягодицы, потрясла ими. Снова встала боком, приподняла груди...
— Ну, а что? Вроде - ещё ничего бабушка... - она хихикнула, - под низ сойдёт.
— Ладно. Хватит философию соплями мазать. Надо в магазин собираться. Холодильник пустой.
Тарасова решительно встала и занялась делом.
* * *
Олег, растерянно забредший в свой угол, тоже долго размышлял о ситуации.
— Чёрт возьми, - думал он, - это что сейчас было? С каких это щей он пустился разглагольствовать о сексуальности своей тётки?
Он укорил себя:
— Совсем наглость потерял? Взял - обидел женщину. Ну, вот кто, спрашивается, за язык тянул?
Хоть, с другой стороны, он и сам не понимает, как всё сказанное вырвалось на свободу.
Ну, - да. Он много думал о Варваре Степановне. И, - да, всё
Как я стал ебать пацанов