Я хотел сказать: «Потому что это тот же самый чертов телефон, который я нашел три дня назад», но подумал, что лучше не надо. Кейти узнает о моей роли, когда я буду к этому готов.
— Она не выпускала этот чертов кошелек из виду с тех пор, как вернулась домой, Бен. На него смотрели семь пар глаз, когда он обыскивал ее кошелек, включая мои и Бекки.
Бен начал рассказывать о том, как он мог бы предотвратить обыск и как я облажался, не позвонив ему. Я быстро спросил его:
— Эй, если я расскажу тебе кое-что, я буду защищен привилегией клиента-адвоката, верно?
— Да, ты будешь защищен, если расскажешь мне что-то, — сказал он странным тоном.
— Ты никому не сможешь рассказать?
— Нет, Джейс, если ты ссылаешься на адвокатскую тайну, я никому ничего не скажу.
— Хорошо. Я впустил копов, потому что знал, что у Кейти был телефон. Я сообщил о нем, и они провели поиск по той информации, которую я им дал. А теперь, если ты меня извинишь, я должен связаться с адвокатом по разводам.
Он говорил бессвязно и спотыкался о слова, когда я повесил трубку и позвонил в офис Ронит Кампур. Я действительно передумал ждать подачи документов.
Кейти подали в четверг. Я знал об этом, потому что в офисе мисс Кампур мне сообщили, что она получила повестку, а также благодаря двум телефонным звонкам, которые я получил.
Отец Кэти был в ярости. Он называл меня кем угодно, только не человеком, и сказал, что собирается надрать мне задницу. Я посмеялся над ним и сказал, чтобы он попробовал. Потом он сказал, что собирается подать в суд, чтобы получить опеку над Бекки. Я снова рассмеялся, сказал ему, что ее адвокат - Мартин Блейк, и пожелал ему счастливой жизни.
Второй звонок был от Линды Вон.
— Какого черта, по-твоему, ты делаешь, Брэдшоу? — спросила разъяренная стерва на другом конце трубки.
— Делаю? Прямо сейчас я готовлю свое рабочее место для новой партии деталей. Это поможет?
— Это босс? — спросил Сэл.
— Нет, просто какой-то далласский пеон (крестьянин или батрак в странах Латинской Америки и в южных штатах США), — сказал я Салу достаточно громко, чтобы Линда услышала.
Он весело посмотрел на меня, и я прошептал: «Я расскажу тебе позже».
— Далласский пеон? Послушай меня, безграмотное дерьмо, ты знаешь, о чем я говорю, — ворчала Линда. — Какая часть "счастливой семьи" велит тебе подавать на развод, когда я борюсь за свободу твоей жены?
— Вот что я тебе скажу, Линда, может, ты уговоришь старого доброго Дэйва купить тебе "счастливую семью", потому что мы с дочерью не участвуем в твоей постановке "Это жизнь педофила". Гребаный далласский пеон, — сказал я, выключив трубку.
Затем я разыскал Сэла, и мы вдоволь посмеялись.
Один из лучших звонков поступил от Бена.
— Джейс, я не ошибусь, если предположу, что тот твой "друг", который обнаружил, что его жена гуляет на стороне - это ты?
Я усмехнулся.
— Нет, твое предположение верно.
— И я также прав, если предположу, что ты нанял Мартина Блейка и Ронит Кампур, чтобы помешать Ландерсам нанять их для Кэтрин?
— Наполовину прав, Бен. Я нанял Блейка в качестве защитника Бекки, а Ронит нанял для себя. Мне жаль, что я скрывал от тебя правду, но мне нужно было знать, кто лучше.
— Ну, Джейс, между нами говоря, я думаю, ты поступил правильно. Удачи, Джейс.
Я был слишком ошеломлен, чтобы что-то сказать, пока он не отключился. За все время, что я его знал, этот человек не сказал мне и
Это чудесное лето. часть 3