плача, два часа. Потом взяла себя в руки, вытерла лицо и пошла обратно домой.
Я ничего не слышал об этом почти две недели. Все, что я знал - это то, что Тина была замкнутой, угрюмой и хмурой. Как типичный подросток, наверное, за исключением того, что она всегда была такой солнечной и жизнерадостной. Я спросил Лорен, не происходит ли с ней что-нибудь, и она была озадачена не меньше меня.
Когда Тина, наконец, сломалась и рассказала мне, это случилось на обратном пути с отборочных соревнований. Она играла гораздо хуже, чем обычно, и проиграла девочке из средней школы Локленда, которую она побеждала четыре раза за последние два года, и я понял, что она не в себе.
Поэтому я заехал в «Старбакс», купил каждому из нас что-нибудь в кафе и припарковал машину на большой стоянке близлежащего «Уолмарта». Потом я сказал:
— Детка, расскажи мне, что происходит.
Она пожала плечами.
— Ничего. Я плохо играла, вот и все.
Я потянулся и коснулся ее плеча.
— Тина, ты же знаешь, что меня это не волнует. Это всего лишь один теннисный матч. Но... но ты несчастлива уже несколько недель. Пожалуйста, поговори со мной. Поговори со своим старым невежественным отцом, который любит тебя.
Потом я ждал. С годами я понял, что Тина совершенно не выносит молчания.
Она просто смотрела в окно, не двигаясь, и вдруг я увидел слезы на ее щеках. Не поворачивая головы, она сказала:
— Папа, мама тебе изменяет.
— Что?!
Я был на грани того, чтобы закричать на нее, что это нелепо, что это безумие, что она сошла с ума? Но я сдержался. Я прикусил язык и стал ждать. И она рассказала мне всю историю. О том, как она рано вернулась домой, что услышала и что увидела.
СЦЕНА 3
Конечно, поверить в это было невозможно. Я верил в то, что говорила Тина, но не мог поверить в то, что это означало, что это должно было означать. Мы немного поплакали вместе, а потом я попросил ее сохранить тайну, пока я немного в ней разберусь.
Так мы с Тиной заключили своего рода договор, маленькую частную сделку, чтобы скрыть от Лорен все наши подозрения и чувства. На самом деле это нас сблизило, хотя у нас всегда были прекрасные отношения.
И я поступил так, как всегда поступает в подобных ситуациях бедный муж (или жена, я думаю) - потратил несколько тысяч на частного детектива и позволил ему сделать свое дело. Через три недели у меня был отчет, фотографии, аудиозапись.
В тот четверг я отправился на работу, запер дверь, выключил звонок на телефоне и занялся этим делом. Я все прочитал и прослушал. Плакал и проклинал. Снял ботинок и швырнул его через всю комнату, сбив со стены диплом колледжа в рамке. Стукнул кулаком по столу. Ходил по комнате и рыдал. Потом я сел за стол и уставился в окно. Когда я успокоился, около 13:30, я отправился на поздний обед в закусочную. За сэндвичем «Рубен» и двумя чашками кофе я начал строить планы.
Пусть у нас была совершенно обычная супружеская жизнь, но для меня это все равно значило очень много. Я страстно любил Лорен почти 20 лет, и у меня никогда не было причин сомневаться в том, что мне повезло, что она вышла за меня замуж. Нам нравилось общаться и просто быть вместе, мы были друзьями, ценили одни и те же вещи и хотели от жизни одного и того же. Я бы сказал, что мы были самой счастливой парой в самом крепком браке, который я знал.
Странный день из жизни отдыхающих