математики. Вернись к своей мечте. Стань художником, которым, как мы все знаем, ты хочешь быть.
Прежде чем Триш успела что-то сказать, я продолжил:
— Ты одна из самых талантливых людей, которых я знаю. Ты сможешь всё, что угодно!
— Но можем ли мы себе это позволить, Крис?
— Конечно. Мы легко можем себе это позволить.
— Пожалуйста, убеди меня.
Я усмехнулся про себя. С самого начала нашего брака Триш полностью передала все семейные финансы в мои руки. Каждый раз, когда требовалось внести изменения, которые требовали одобрения Триш, я просто клал перед ней подготовленные документы, а она просто всегда подписывала их, ни разу не задав ни одного вопроса.
Я стал ей объяснять:
— Мне по-прежнему нравится работать, и я не планирую уходить на пенсию. Я думаю поработать ещё, как минимум, лет шесть. До тех пор, пока мне не исполнится шестьдесят пять. Когда я выйду на пенсию, учитывая мою пенсию, доход по пенсионному счёту и выплаты по социальному обеспечению, я буду получать около 75% от своего текущего дохода. Добавив к этому твою пенсию учителя, твои индивидуальный пенсионный счёт, у нас будет примерно 70% от того, что мы вдвоём зарабатываем сегодня.
— Крис, а как насчет той кучи денег, которую я унаследовала от мамы и папы?
Я улыбнулся Триш и ответил:
— Эта «куча денег» лежала на различных инвестиционных счетах, принося проценты в течение последних двадцати двух лет. Сегодня это гораздо большая «куча денег». Если мы продолжим вести разумный образ жизни, то сможем баловать наших внуков и устраивать себе минимум один сказочный отпуск в год. А когда нас не станет, эта «куча денег» перейдёт нашим детям, и они смогут вложить её в свою пенсию.
Когда я закончил, у Триш по щекам потекли слёзы.
***
Два дня спустя мы были на вечерней прогулке с Гордоном. Мы уже возвращались домой, когда я попросил Триш:
— Я хотел бы поговорить с тобой кое о чём.
— Слушаю.
— Я хотел бы продать наш дом в Уэст-Хартфорде и переехать сюда насовсем.
Я заметил, что Триш сдержала свою первую мысль точно так же, как я успел прикусить язык и не выпалил что крутилось у меня на языке, когда Триш спросила об её уходе на пенсию.
— Скажи мне, о чём ты думаешь, дорогая?
— Я тоже думала о том, чтобы переехать сюда, но не знаю. Мы будем так далеко от детей. Особенно сейчас, когда Лори и Гретхен беременны.
Я сказал:
— От Уэст-Хартфорда двадцать и сорок пять минут езды до дома каждого из них. Если мы переедем сюда, то окажемся ближе к Гретхен. Наши дети будут от нас в пределах часа езды на машине.
Несколько минут мы шли молча, потом Триш спросила:
— У тебя есть ещё кое-что, не так ли?
Я признался:
— Ещё две вещи. Об одной из них легко сказать. Другая немного сложнее.
Когда Триш кивнула, я продолжил:
— Мы с тобой сейчас живём вдвоём, и нам не нужен дом площадью 480 квадратных метров для двух человек. Зачем нам пять спален, четыре ванные комнаты и, кроме того, два туалета? Зачем нам домработница и постоянный уход за газоном? Зачем нам нужен бассейн, которым мы почти никогда не пользуемся, потому что летом переезжаем сюда?
— Согласна. Расскажи мне об остальном.
— Мне не нравится то, во что превратилась наша жизнь за последние несколько лет. Мы любим друг друга, но стали забывать об этом. Мы начали частенько ссориться после того, как дети разъехались от нас. Практически мы всё время ссоримся. Мы стали слишком много пить и плохо есть. Каждый из нас был увлечён своей карьерой, и нам было
Взросление 2